О Гумилёве… / О творчестве

Мальтийские рыцари как исторические пассионарии в творчестве Н. С. Гумилёва

  • Дата:
Материалы по теме:

Стихотворения
теги: война, масоны, Греция

Данная тема еще не разработана в гумилеведении. О пассионарности в творчестве поэта писал А. Доливо-Добровольский в монографии «Николай Гумилев. Поэт и воин» [23]. Но, к сожалению, автор писал о пассионарности в творчестве поэта в общем.

Конкретно он не указывал на влияние пассионариев в творчестве Гумилева. Частично эту тему затронул российский литературовед Ю. Зобнин в статье «Странник духа» (о судьбе и творчестве Николая Гумилева) [27]. Хотя конкретно автор не называет поэта пассионарием, он только рассматривает тему рыцарства в творчестве Гумилёва. Но авторы данной статьи делают упор только на тамплиеров, госпитальеров и масонов. Нам, прежде всего, надо разобраться, каких именно пассионариев отобразил поэт в своем творчестве:
  1. античных героев;
  2. друидов;
  3. масонов;
  4. конквистадоров;
  5. рыцарей-тамплиеров;
  6. рыцарей-госпитальеров;
  7. розенкрейцеров.
Мы, в основном, будем рассматривать образы и деятельность тамплиеров, госпитальеров в творчестве Н. Гумилёва.

Николай Степанович Гумилёв был очень начитанным человеком, компетентным в разных науках, и, видимо, история Бретани, а позднее и история тамплиеров, как и многих людей того времени, привлекла его внимание. У поэта нет какого-то конкретного сборника, посвященного тамплиерам и их истории, но влияние их чувствуется во всей поэзии Николая Гумилева, особенно – ранней.

Из курса всемирной истории мы знаем, что тамплиеры, или храмовники – члены католического духовно-рыцарского ордена, основанного в Иерусалиме французскими рыцарями около 1118-19 гг. для укрепления и расширения государств крестоносцев и защиты так называемых святых мест [47, т.11, кн. 1, с. 44].

Тема путешествия (странствия) к Святой Земле, к священным центрам земли, очень важна для поэзии Н. С. Гумилёва. Интерес Н. С. Гумилёва к рыцарям-паломникам, был во многом связан с мечтой о Святой Земле, об огражденном и Божьей волей сохранившемся на земле Эдемским садом, присутствующей в ряде произведений поэта. «Сквозной» сюжет путешествия к благодатной земле, чудесному саду, великой реке или «родине иной» необыкновенно важен для произведений Гумилёва. Этот сюжет присутствовал в таких стихотворениях и циклах стихотворений, как «Паломник», «Баллада» («Влюбленные, чья грусть, как облака»), «Блудный сын», «Вечное», «Возвращение», «Все ясно для тихого взора», «Да! Мир хорош, как старец у порога», «Неизвестность» («Замирает дыханье, и ярче становятся взоры»), «Разговор» («Когда зелёный луч, последний на закате»), «Родос», «Отъезжающему», «Правый путь», «Райский сад», «Христос», «Ворота рая», «Я откинул докучную маску…», «Евангелическая церковь», «Память», «Заблудившийся трамвай» и др. Такой «сквозной сюжет» важен для драматической поэмы «Гондла» с ее образом-символом «лебединой Ирландии», для пьесы «Дитя Аллаха» (образ-символ чудесного сада Гафиза), рассказов «Золотой рыцарь», «Путешествие в страну эфира», «Принцесса Зара», «Лесной дьявол», незавершенной поэмы «Два сна», поэм «Открытие Америки» и «Блудный сын», а также для других произведений поэта.

Культуроним Родоса присутствует и в «паломническом тексте» мировой литературы. Причем, с благоговением упоминают этот остров как католические, так и православные авторы. Игумен Даниил в своем «Хожении в Святую Землю» называет Родос священным островом Род. Кроме Иерусалима, Палестины и Иордании, в своем «Хожении…» игумен Даниил уделяет внимание историко-культурным и религиозным пространственным центрам, расположенным на пути из Константинополя в Святую землю. Паломник пишет об островах Патмос, Родос и Кипр, не забывает упомянуть о местах, где «родится фимиам» – ладан. И Патмос, и Родос, и Кипр важны и интересны игумену Даниилу в контексте «священной географии».

«В стороне, далеко в море остров Патм. На том острове Иоанн Богослов написал Евангелие, когда был заточён с Прохором. Далее оттуда – остров Лерос, затем остров Калимнос, затем остров Нисера, а также и остров Кос, очень большой» [1, с.27], – пишет паломник. Остров в Эгейском море, у юго-западного побережья Турции, где обосновались рыцари-иоанниты (госпитальеры, родосские рыцари, впоследствии – мальтийские рыцари), представлен в поэзии Н. С. Гумилёва как некий идеал, который нужно отвоевать «у веков, у пространств, у природы»:

Мы идём сквозь туманные годы,
Смутно чувствуя веянье роз,
У веков, у пространств, у природы
Отвоевывать древний Родос. [2]

Родос изображен в одноименном стихотворении Гумилева как святое место, охраняемое Небесной Невестой:

Но в долинах старинных поместий,
Посреди кипарисов и роз,
Говорить о Небесной Невесте,
Охраняющей нежный Родос. [2] 

Культурно-пространственные центры, расположенные на пути из Константинополя в Святую землю, очень важны и для сакральной географии Н. С. Гумилёва. Константинополю и Собору св. Софии посвящен фрагмент «Африканского дневника», острову Патмос - стихотворение «Над этим островом какие выси!», острову Родос – одноимённое стихотворение. Необходимо отметить, что описание острова Патмос, присутствующее в стихотворении Н. С. Гумилёва «Над этим островом какие выси!», приближается к паломническому осмыслению историко-культурного и религиозного значения места, где был создан Апокалипсис. В строфах:

Над этим островом какие выси,
        Какой туман!
И Апокалипсис здесь был написан
        И умер Пан!
А есть другие: с пальмами, с лугами,
        Где весел жнец
И где позванивают бубенцами
        Стада овец. [2]

В целом и Патмос, и Родос в сакральной географии Гумилёва заключают в себе символику и образность «золотых островов» («островов Совершенного Счастья»). Для сакральной географии характерно представление о «земном рае» как об острове («золотых островах») на краю света. Это представление восходит к мотиву скрывшейся под водой (водами мирового океана) благодатной земли. Острова, подобные Патмосу и Родосу, являются в сакральной географии Гумилевских текстов частью, «осколком» сакральной «первой земли», которая была сотворена на заре Бытия [2].

Гумилев мечтал, чтобы в России появилось рыцарство, основанное в лоне православной церкви. Идея высокого духовного рыцарства была близка взглядам поэта служить Отечеству и вере. Не зря же тема рыцарства занимала одно из ведущих мест в творчестве Гумилева. Поэт, в силу своего мировоззрения, мечтал о рыцарском ордене, созданном в лоне православной церкви, отображающем слвянский характер. По этому поводу очень точно высказался Ю. Зобнин: «…в «военных» произведениях Гумилёва российское «православное воинство» изображается с очевидными элементами символики, присущей средневековым «воинам Христа»:

Не надо яства земного,
В этот страшный и светлый час,
Оттого, что Господне Слово
Лучше хлеба питает нас…

Словно молоты громовые
Или воды гневных морей,
Золотое сердце России
Мерно бьется в груди моей. [27]

Рыцари-иоанниты в стихотворении Н. С. Гумилёва «Родос» изображены как братство во имя Христа, как сообщество людей, не стремящихся ни к славе, ни к счастью и всецело поглощенных верой. Это родосское братство, как следует из стихотворения Н. С. Гумилёва, находится под покровительством Девы Марии («Небесной Невесты, охраняющей нежный Родос») [2]. Такое понимание священного значения Родоса было характерно и для самих рыцарей - иоаннитов, вынужденных, после кровопролитной битвы, уступить остров султану Сулейману Великолепному и отправиться искать себе новое пристанище. Подобным священным пристанищем для рыцарей оказалась Мальта (по-финикийски название «Мальта» обозначает «убежище»), но по Родосу они тосковали, как по утраченной родине.

Будучи уже зрелым поэтом, тем не менее, он продолжал обращаться к этой теме. Но рыцари Гумилева – это не воины средневековой Европы. Они больше походили на госпитальеров и тамплиеров, на истинно верующих рыцарей духа, сражающихся за Гроб Господень, стремящихся к подвигам во имя христианских идеалов, и мечтающих обрести заповедную чашу Грааль. Даже стихотворение «Я откинул докучную маску», считавшееся утерянным и не так давно найденное, посвящено таинственной чаше Грааль:

Я хотел бы бродить по селеньям
Уходить в неизвестную даль
Приближаясь к далеким владеньям
Зачарованной чаши Грааль. [2, C. 103]

Поэт не зря упоминает чашу Грааль, поскольку для тамплиеров она являлась священной и их обязанностью было охранять ее, хотя, согласно легенде, чаша Грааль была видима только для посвященных, иначе говоря, для людей с чистыми помыслами. Недаром же автор подчеркнул: «Только чистым даны созерцанья Вечно радостной чаши Грааль». [2. C.103]

Но связь между друидами и тамплиерами настолько тонка, что нам необходимо разобраться, где она прерывается в творчестве поэта. В основном, эта связь между ними касается чаши Грааль, поскольку и те и другие были причастны к ней. Хотя первые (друиды) косвенно, т.к. были связаны в какой-то степени с королем Артуром и рыцарями Круглого стола, поскольку тамплиеры явились преемниками короля Артура в отношении чаши Грааль. И у Гумилёва есть стихотворение, посвященное чаше Грааль. Загадка чаши Грааль до сих пор занимает умы христиан всего мира. Но это уже другое исследование, поэтому мы не будем отступать от нашей темы.

О рыцарях-госпитальерах, так же, как и о рыцарях-тамплиерах, Гумилёв рассказывал читателю на протяжении долгого времени. Именно о госпитальерах, или же, говоря иными словами, иоаннитах, идет речь в знаменитом стихотворении «Родос». В сборнике «Чужое небо» в стихотворении «Родос» автор, продолжая тему рыцарства, рассказывает об ордене иоаннитов, размещавшемся в былые времена на упомянутом острове: «Там был рыцарский орден: соборы, Цитадель, бастионы, мосты И на людях простые уборы, Но на них золотые кресты». [2, C.103] О культурониме Родоса как священного острова в творчестве поэта подчеркнула Е. Ю. Раскина в статье «Культуроним Родоса в сакральной географии Н. С. Гумилёва» [2, C.103] : «Ключом к пониманию этого стихотворения является сам культуроним Родоса, - пишет она в своей статье, - «и связь этого культуронима с историей одного из самых могущественных рыцарских орденов католической Европы - Ордена св. Иоанна Иерусалима, Родоса и Мальты, известного как Орден Мальтийских рыцарей» [44]. Почему мы решили, что речь идет именно о рыцарях-госпитальерах? Прежде всего о рыцарях-госпитальерах в своей статье упомянула Е. Ю. Раскина, назвав их как Орден Мальтийских рыцарей, использoвав одно из множественных названий. А мы обратимся к истории и шагнем на многие столетия назад, к истокам «священного братства рыцарей Христовых». Именно на Родосе, после долгих скитаний, госпитальеры обосновались в 1307 году: «Наше бремя – тяжелое бремя, Труд зловещий дала нам судьба; Чтоб прославить на краткое время, Нет, не нас, только наши гроба». [2, C.103] Таинственный остров Родос, твердыня рыцарей-иоаннитов (Ордена св. Иоанна Иерусалима, Родоса и Мальты), занимает довольно важное место в сакральной географии Н. С. Гумилёва.

Приставши к Родосу, рыцари увидели довольно впечатяющую картину. Плодородные, прекрасно возделанные долины лежали по обе стороны горного хребта, проходящего посредине острова. Нетрудно было понять, почему греки ещё в древности назвали сравнительно небольшой Родос «островом роз»:

Мы идём сквозь туманные годы,
Смутно чувствуя веянье роз. [2]

И именно на Родосе госпитальеры вспомнили и о своей первоначальной миссии – уходе и заботе за больными и ранеными. Они начали строить странноприимный дом – госпиталь, открыли школы, возвели великолепный дворец, склады и т.д.

Как и орден тамплиеров, госпитальеры отказывались от роскоши и давали три обета: бедности, целомудрия и послушания. Символом ордена был избран белый восьмиконечный крест Амальфи, обозначающий чистоту намерений носящего его человека. Изначально этот крест рисовали на черной мантии. Мантия символизировала бедность и скованность рыцаря, поэтому была с очень узкими рукавами. Немного погодя черное одеяние сменили на красное.

Относительно убранства госпитальеров. В отличие от тамплиеров, у которых орденское одеяние рыцарей отличалось от одежды послушников, все госпитальеры носили одинаковые одежды с белым крестом на плече. Но хотя рыцари-госпитальеры и носили средневековые одежды с белым крестом на плече, тем не менее знаком внешнего отличия рыцарей-госпитальеров, помимо двух полотняных крестов был золотой, покрытый эмалью, восьмиконечный крест на черной муаровой ленте, который командоры носили на шее, а простые рыцари в петлицах. Кавалеры Большого креста также имели подобный крест, но большей величины. Этот крест носился обычно на золотой цепи; над ним располагалась золотая корона, а ещё выше – изображение герба рыцаря. Золотые кресты на уборах рыцарей-иоаннитов в данном случае заключают в себе символику солнца, представление о золотом цвете как о духоносном (золотые нимбы над головами святых, золотой фон в иконописи, золотая парча,в которую облачались священнослужители и т.д.). Не случайно поля Родоса в этом стихотворении названы «опалёнными»: они опалены солнцем, несут в себе силу и славу побеждающего светила.

Образ-символ солнца доминирует и в древнегреческих мифах, связанных с островом Родос. Согласно древнегреческой мифологии Родос – остров дивной красоты, поднявшийся из морских глубин, - был даром Зевса Гелиосу - богу Солнца. Гелиос считался у эллинов покровителем Родоса. В честь покровителя острова воздвигали статуи, самая известная из которых - Колосс Родосский – относится к семи чудесам света. В стихотворении Н. С. Гумилёва «Родос» солнечная символика также доминирует.

Госпитальеры делились на три категории: рыцари, служащая братия и капелланы. В Ордене св. Иоанна Иерусалима, Родоса и Мальты существовало и существует деление на Рыцарей справедливости или Признанных рыцарей, рыцарей Милости Господней (по Милости) войны, а также Чести и Преданности. Рыцарем Милости Господней (по Милости) первоначально становились воины недворянского звания, возведенные в это достоинство за славные подвиги. Но уже в эпоху Возрождения рыцарем Милости Господней мог стать художник, поэт, ученый или музыкант, оказавший услуги Ордену. Подобным званием был награжден живописец Караваджо (Микеланджело Меризи де Караваджо), расписавший своими фресками кафедральный собор св. Иоанна Крестителя в мальтийской столице Ордена Св. Иоанна – Ла Валетте.

В современном Ордене св. Иоанна Иерусалима, Родоса и Мальты существуют Рыцари и Дамы Милости Господней. Таким образом, получить столь почетное звание можно было и «высыхая» в глубине кабинета перед пыльными кипами книг. Главное – следование некому благому Пути, служение.

Поэт показывал рыцарей как людей, стремящихся служить Богу:

Не стремиться ни к славе, ни к счастью.
Все равны перед взором Отца,
И не дать покорить самовластью
Посвященные небу сердца! [2, C.103]

Таким образом, поэт подчеркивал, что иоаниты, как настоящие пассионарии, выбрали единственный возможный для себя путь – истинное служение Всевышнему. Госпитальеров поэт показывал как пассионариев, духовно настроенных на реальный поиск «земли обетованной», поскольку взгляды упомянутых рыцарей были близки Гумилёву. Он показал, что госпитальеры по своим взглядам и согласно уставу Ордена более напоминают рыцарей духа, чем тамплиеры, т.е., их больше можно отнести к духовному рыцарству, чем тамплиеров.

Стихотворений, раскрывающих образы исторических пассионариев, не так много. Но их можно увидеть почти в каждом поэтическом сборнике Гумилёва.

Рыцари-иоанниты называли Родос «Эдемским садом». Симон Мерсиека (Simon Mercieca) в монографии «Les chevaliers de Saint-Jean á Malte» («Рыцари св. Иоанна на Мальте») пишет: «L`Ile de Rodes fut un jardin d`Eden pour les hospitaliers; un véritable paradis avec ces plaines fertiles, son climat et, surtout, son eau abondante – chose rare dans les îles de Méditerranée, ces «mondes isolés» pour reprendre l`expression de Fernand Braudel – sans compter les plantations d`orangers et de citronniers dont les fruits exotiques étaient a l`époque une délicieuse rareté en Europe de nordouest» [8, С. 17]. («Остров Родос был Эдемским садом для госпитальеров; подлинный рай со своими плодородными равнинами, своим климатом,и, в особенности, изобилием пресной воды – редкая вещь на Средиземноморских островах, этих «изолированных мирах», по выражению Фернана Броделя, – не считая плантаций апельсиновых и лимонных деревьев, чьи экзотические плоды были в ту эпоху изысканной редкостью для северо-западной Европы» - перевод мой, Е.Р.).

Более того, на Родосе рыцари смогли вернуться к утраченному идеалу– ксенодохии (xenodochia). Так назывались в Византийской империи приюты для чужестранцев и паломников, заболевших в пути. На острове рыцари-госпитальеры принимали пилигримов, нуждавшихся в приюте и лечении и следовавших в Святую Землю или возвращавшихся из неё. Сам Орден, находившийся под небесным покровительством Иоанна Крестителя (отсюда – рыцари-иоанниты), представлял собой братство людей, равных «перед взором Отца», как описано в стихотворении Н. С. Гумилёва «Родос».

На Родосе рыцари-иоанниты стали обладателями величайших святынь христианского мира - десницы святого Иоанна Крестителя, которая была им передана в качестве союзнического дара от турецкого султана, и иконы Божией Матери, написанной апостоломевангелистом Лукой. Эта икона хранилась в греческом монастыре на вершине горы Филеримос, согласно преданию получившей свое название по имени монаха, подвизавшегося на ней (отсюда – Филермская икона Божией Матери). Поэтому в христианском мире считалось, что остров Родос находится под покровительством Богородицы (в стихотворении Н. С. Гумилёва остров охраняет Небесная Невеста). Главным храмом Родоса и поныне является Собор Благовещения Пресвятой Богородицы, расположенный на том самом месте, где, согласно легендам, находился знаменитый Колос Родосский.

По своему происхождению Орден св. Иоанна Иерусалима, Родоса и Мальты – паломнический. По одной из версий, он происходит от пилигримов-французов, отправлявшихся в Святую Землю. Эту версию Симон Мерсиека, директор Института Средиземноморья Мальтийского университета, называет «франкофильской». В частности, исследователь пишет: «La seconde théorie est francophile et rattache les Origines des Hospitaliers aux voyages des pèlerins françaises en Terre Sainte» [8] («Вторая теория – франкофильская и связывает происхождение Госпитальеров с путешествиями французских пилигримов в Святую Землю» - перевод мой, Е.Р.). Согласно первой версии, Орден иоаннитов произошел от итальянских купцов из города Амальфи, которые совершали путешествия в Святую Землю и активно торговали с Востоком.

В стихотворении «Родос» Н. С. Гумилёва остров предстаёт неким идеальным пространством, которое нужно отвоевывать «у веков, у пространств, у природы»:

Мы идём сквозь туманные годы,
Смутно чувствуя веянье роз,
У веков, у пространств, у природы
Отвоёвывать древний Родос. [2]

У Гумилёва Родос – не просто священный остров, оплот рыцарей-иоаннитов, который они, после кровопролитных сражений, вынуждены были уступить султану Сулейману Великолепному, но и некий вневременной идеал, утраченное благое пространство, которое необходимо отвоевать. Причем, лирический герой стихотворения «Родос» идентифицирует себя с родосскими рыцарями - с теми, у кого на уборах «золотые кресты».

Вернуть утраченный Родос, согласно этому стихотворению, можно разными способами: «брести в смертоносных равнинах, чтоб узнать, где родилась река» [2], «на тяжёлых и гулких машинах грозовые пронзать облака» и даже «высыхать в глубине кабинета перед пыльными грудами книг» [2]. Мы видим, что рыцарство приобретает не только военный, но и, прежде всего, духовный характер, как это было и существует до сих пор у исторических рыцарей-иоаннитов.

Для образно-символического уровня стихотворения Н. С. Гумилёва «Родос» очень важной является идея духовного Пути, служения Небесному Отцу. По этому пути можно двигаться, ощущая «веянье роз». Розы, их аромат, символизируют в стихотворении «Родос» и Богоматерь, и дыхание Духа Святого. В доказательство этого тезиса можно привести стихотворение Н. С. Гумилёва «Солнце духа», в котором дух сравнивается с розой мая:

Расцветает дух, как роза мая,
Как огонь, он разрывает тьму,
Тело, ничего не понимая,
Слепо повинуется ему. [2]

В стихотворении «Родос» рыцари-иоанниты беседуют о Небесной Невесте посреди «кипарисов и роз».

Таким образом, движение по духовному, благому Пути уподобляется у Гумилёва следованию за Духом Святым»:

Мы идём сквозь туманные годы,
Смутно чувствуя веянье роз… [2]

В движении по такому благородному Пути заключается залог душевного спасения лирического героя поэзии Н. С. Гумилёва. Гумилёву очень импонировали смелые, отчаянные люди как из различных этнических общественных групп, так и отдельные личности. Если рассматривать литературу «серебряного века» в общем, и в особенности, поэзию, то пассионариев среди прозаиков и поэтов не наблюдается. Подобной точки зрения придерживался и И. Н. Голенищев-Кутузов. Подтверждение этому мы находим в статье «Николай Гумилёв» [2. Т. 2. С. 103]. А не наблюдается, наверное, потому, что никто из литераторов не совершенствовал себя подобным образом, как поэт. Почти никто не побывал в гуще военных действий, как он. «Понимание Гумилёвым патриотизма соответствует одному из масонских правил:«На время отлучаться /имеются в виду поездки за границу/можно с тем, чтобы опять возвратиться», - считает М. Йованович. Подобной точки зрения при держивался и И. Н. Голенищев-Кутузов. В статье «Николай Гумилёв» он подчеркнул: «Во время войны Гумилёв, едва ли не единственный из известных литераторов, пошел в армию добровольцем. Дважды он был награжден Георгиевским крестом за храбрость и получил чин прапорщика в одном из гусарских полков. В мае 1917 года он был командирован в Париж в связи с передвижением русских армий на салоникский фронт. Был в Лондоне в ожидании отправки на какой-либо из восточных фронтов, но в середине 1918 г., поскольку Россия вышла из войны, вернулся в послереволюционный Петроград.» [19]. Никто из литераторов не предпринял не то, чтобы несколько экспедиций в Африку, но даже и одной не совершил. Т.е., если можно так сказать, наблюдается деградация героизма. Если же брать биографии поэтов «серебряного века», например, А. Блока, в тот момент, когда он находился на войне, следует обратить внимание, что последний служил при штабе. Продолжая рассматривать биографию Нарбута и его путешествие в Абиссинию, нужно учитывать, что он не ставил перед собой таких целей, как Н. Гумилёв.

Следуя масонскому правилу, Гумилёв возвращается в голодный Петроград, когда его собратья по перу эмигрировали за границу чтобы закончить жизнь в застенках ЧК.

Поэтому заканчивая разговор об исторических пассионариях, хочется еще раз отметить, что Николай Гумилёв был мужественным человеком, и стихи так же мужественны, поскольку стихами  он воспитывал читателя смелости, отваге, гордости, бесстрашию:

Я учу их, как не бояться,
Не бояться, и делать то, что надо.
[4.Т. 3. С. 47].

Гумилев же стремился перенести на православную почву взгляды духовного рыцарства. И доказывал, что это возможно, своим творчеством: «Сердце будет пламенем палимо Вплоть до дня, когда взойдут, ясны Стены Нового Иерусалима На полях моей родной страны». [5. т. 3, с. 318]

Список использованных источников:

1. «Хожение» игумена Даниила в Святую Землю в начале XII в. СПб.: Издательство Олега Абышко, 2007. С. 21.
2. Гумилёв Н. С. Полное собрание сочинений в 10 т. М.: Воскресенье, 1998-2008. Т. 2. С. 103.
3. Гумилёв Н. С. Полное собрание сочинений в 10 т. М.: Воскресенье, 1998-2008. Т. 2. С. 102.
4. Гумилёв Н. С. Полное собрание сочинений в 10 т. М.: Воскресенье, 1998-2008. Т. 3. С. 47.
5. Гумилёв Н. С. Полное собрание сочинений в 10 т. М.: Воскресенье, 1998-2008. Т. 3. С. 318.
6. Bajburin A. Quelques aspects de la mythologie de l`île // L`île et le sacré dans la Russie de Nord. Cahiers Slaves №7. Civilisation russe. Université de Paris-Sorbonne (Paris IV), 2004. Р. 1-11.
7. Гумилёв Н. С. Полное собрание сочинений в 10 т. М.: Воскресенье, 1998-2008. Т. 2. С. 102.
8. Mercieca Simon. Les chevaliers de Saint-Jean á Malte. Florence: Editrice Bonnechi, 2012. P. 17.
9. Mercieca Simon. Les chevaliers de Saint-Jean á Malte. Florence: Editrice Bonnechi, 2012. P. 7.
10. Гумилёв Н. С. Полное собрание сочинений в 10 т. М.: Воскресенье, 1998-2008. Т. 2. С. 103.
11. Гумилёв Н. С. Полное собрание сочинений в 10 т. М.: Воскресенье, 1998-2008. Т. 2. С. 103.
12. Гумилёв Н. С. Полное собрание сочинений в 10 т. М.: Воскресенье, 1998-2008. Т. 2. С. 103.
13. Hospitalier Malta. 1530-1798. Studies on Early Modern Malta and the Order of St John of Jerusalem. Edited by Victor Mallia-Milanes. Mireva Publications, 1993.
14. Гумилёв Н. С. Полное собрание сочинений в 10 т. М.: Воскресенье, 1998-2008. Т. 3. С. 59.
15. Гумилёв Н. С. Полное собрание сочинений в 10 т. М.: Воскресенье, 1998-2008. Т. 2. С. 103.
16. Айхенвальд Ю. И. Гумилёв. // Николай Гумилёв: pro et contra. - CПб.: 2000.
17. Верховский Ю. Путь поэта. // Николай Гумилёв: pro et contra.- CПб.: 2000.
18. Виолле–де-Люк Э. Э. Жизнь и развлечения в средние века. - СПб.: Евразия, 2003.
19. Голенищев-Кутузов И. Н. От Рильке до Волошина. – М.: 2005.
20. Гумилёв Н. С. Собрание сочинений в 4 –х тт. – Тт. 1, 2. – М.: Терра, 1990.
21. Гумилёв Н. С. Стихи. Поэмы. – Тбилиси: Мерани, 1990.
22. Давидсон А. Б. Мир Николая Гумилёва, поэта, путешественника, поэта. - М.: Русское слово, 2008.
23. Доливо-Добровольский А. В. Николай Гумилёв. Поэт и воин. – Кн.1. – СПб.: Фонд «Отечество», 2005.
24. Доливо-Добровольский А. В. Николай Гумилёв. Поэт, путешественник, историк. – Кн.2. – Спб.: 2008.
25. Жизнь Николая Гумилёва (воспоминания современников) // Сост. Ю. Зобнин. – Л.: Изд-во Междунар. Фонда истории науки, 1991.
26. Зобнин Ю. В. Николай Гумилёв. – М.: Вече, 2010.
27. Ю. Зобнин. Странник духа // Николай Гумилёв: pro et contra. – СПб.: 2000.
28. Йованович М. Николай Гумилёв и масонское учение. // Н. Гумилёв и русский Парнас. – СПб.: 1992.
29. Кельтская мифология. Энциклопедия. – М.: Эксмо: 2002.
30. Комаринец А.Энциклопедия короля Артура и рыцарей Круглого стола. – М.: ООО «Издательство Аст», 2001.
31. Леви Э. Учение и ритуал. – М.: Эксмо-пресс, 2002.
32. Леру Ф. Друиды. – СПб., 2003.
33. Маккалох Д. Религия древних кельтов.– М.: 1994
34. Николай Гумилев и русский Парнас. – СПб.: 1992.
35. Николай Гумилёв: pro et contra. – СПб.: 2000.
36. Новиков В. И. Масонство и русская культура. – М.: 1993.
37. Оцуп Н. Николай Гумилёв. Жизнь и творчество. – М.: Logos, 1995.
38. Пауэлл Т. Кельты. Воины и маги. – М.: Центрополиграф, 2004.
39. Пиготт С. Друиды. Поэты, ученые, прорицатели. – М.: Центрополиграф, 2006.
40. Полушин В. Николай Гумилёв. Жизнь расстрелянного поэта. - М.: Молодая гвардия, 2008.
41. Раскина Е. Ю. Поэтическая география Н.С.Гумилёва. – М. : МГИ им. Е. Р. Дашковой, 2006.- 164 с.
42. Раскина Е. Ю. Миром должны управлять друиды // «Всесвітня література», 1996, №5. – С. 61- 62.
43. Раскина Е. Ю. Геософские аспекты творчества Н.Гумилёва. - М.: МГИ им. Е. Р. Дашковой, 2009.
44. Раскина Е. Ю. Культуроним Родоса в сакральной географии Н. С.Гумилёва.
45. Раскина Е., Кожемякин М. Франция: страна королей и пяти республик . Исторический путеводитель. – М.: Вече, 2012.
46. Соколовская Т. Масонство в его прошлом и настоящем.- Т. 1, 2, - М: 1991.
47. Украинская Советская Энциклопедия. Т.11. Кн.2, с.44. – К. - Издательство политической литературы, 1982.
48. Широкова Н. Мифы кельтских народов. – М.: АСТ-Астрель, Транзит-книга, 2005.
49. Широкова Н. Культура кельтов и нордическая традиция античности. – СПб,: Евразия, 2000
50. Hospitalier Malta. 1530-1798. Studies on Early Modern Malta and the Order of St John of Jerusalem. Edited by Victor Mallia-Milanes. Mireva Publications, 1993.

Материалы по теме:

Стихотворения


Рейтинг@Mail.ru