Мои читатели

  • Дата написания:

Старый бродяга в Аддис-Абебе,
Покоривший многие племена,
Прислал ко мне черного копьеносца
С приветом, составленным из моих стихов.
Лейтенант, водивший канонерки
Под огнем неприятельских батарей,
Целую ночь над южным морем
Читал мне на память мои стихи.
Человек, среди толпы народа
Застреливший императорского посла,
Подошел пожать мне руку,
Поблагодарить за мои стихи.

Много их, сильных, злых и веселых,
Убивавших слонов и людей,
Умиравших от жажды в пустыне,
Замерзавших на кромке вечного льда,
Верных нашей планете,
Сильной, весёлой и злой,
Возят мои книги в седельной сумке,
Читают их в пальмовой роще,
Забывают на тонущем корабле.

Я не оскорбляю их неврастенией,
Не унижаю душевной теплотой,
Не надоедаю многозначительными намеками
На содержимое выеденного яйца,
Но когда вокруг свищут пули
Когда волны ломают борта,
Я учу их, как не бояться,
Не бояться и делать что надо.

И когда женщина с прекрасным лицом,
Единственно дорогим во вселенной,
Скажет: я не люблю вас,
Я учу их, как улыбнуться,
И уйти и не возвращаться больше.
А когда придет их последний час,
Ровный, красный туман застелит взоры,
Я научу их сразу припомнить
Всю жестокую, милую жизнь,
Всю родную, странную землю,
И, представ перед ликом Бога
С простыми и мудрыми словами,
Ждать спокойно Его суда.


Переводы:

Английский язык

  • Бартон Раффел, Алла Бураго.
    My Readers

Болгарский язык

Испанский язык

  • Ксения Дьяконова, Хосе Матео.
    Mis lectores
  • Хорхе Бустаманте Гарсия.
    Mis lectores

Молдавский язык

Немецкий язык

Словацкий язык

Украинский язык

Чешский язык


Живое чтение:


Музыка на стихи:


А вот еще у Гумилёва:

Канцона

Закричал громогласно / В сине-черную сонь / На дворе моем красный / И пернатый огонь. Ветер милый и вольный, / Прилетевший с луны, / Хлещет дерзко и больно / По щекам тишины. И, вступая на кручи, / Молодая заря / Кормит жадные тучи / Ячменем янтаря. В этот час я родился, / В э...

Неизвестность

Замирает дыханье, и ярче становятся взоры / Перед странно-волнующим ликом твоим, Неизвестность / Как у путника, дерзко вступившего в дикие горы / И смущенного видеть еще неоткрытую местность. В каждой травке намек на возможность немыслимой встречи, / Этот грот - обиталище феи всегда легкокр...

Сон

Застонал я от сна дурного / И проснулся, тяжко скорбя. / Снилось мне - ты любишь другого, / И что он обидел тебя. Я бежал от моей постели, / Как убийца от плахи своей, / И смотрел, как тускло блестели / Фонари глазами зверей. Ах, наверно таким бездомным / Не блуждал ни один человек /...

1905, 17 октября

Захотелось жабе черной / Заползти на царский трон, / Яд жестокий, яд упорный / В жабе черной затаен. Двор смущенно умолкает, / Любопытно смотрит голь, / Место жабе уступает / Обезумевший король. Чтоб спасти свои седины / И оставшуюся власть / Своего родного сына / Он бросает жабе...

Зачарованный викинг, я шел по земле…

Зачарованный викинг, я шел по земле, / Я в душе согласил жизнь потока и скал, / Я скрывался во мгле на моем корабле, / Ничего не просил, ничего не желал. В ярком солнечном свете - надменный павлин, / В час ненастья - внезапно свирепый орел, / Я в тревоге пучин встретил остров ундин, / Я...

Стокгольм

Зачем он мне снился, смятенный, нестройный, / Рожденный из глубин не наших времен, / Тот сон о Стокгольме, такой беспокойный, / Такой уж почти и нерадостный сон... Быть может, был праздник, не знаю наверно, / Но только все колокол, колокол звал; / Как мощный орган, потрясенный безмерно, /...

Думы

Зачем они ко мне собрались, думы, / Как воры ночью в тихий мрак предместий? / Как коршуны, зловещи и угрюмы, / Зачем жестокой требовали мести? Ушла надежда, и мечты бежали, / Глаза мои открылись от волненья, / И я читал на призрачной скрижали / Свои слова, дела и помышленья. За то, что...

В четыре руки

Звуки вьются, звуки тают... / То по гладкой белой кости / Руки девичьи порхают, / Словно сказочные гостьи. И одни из них так быстры, / Рассыпая звуки-искры, / А другие величавы, / Вызывая грезы славы. За спиною так лениво / В вазе нежится сирень, / И не грустно, что дождливый / П...

Красное море

Здравствуй, Красное Море, акулья уха, / Негритянская ванна, песчаный котел! / На утесах твоих, вместо влажного мха, / Известняк, словно каменный кактус, расцвел. На твоих островах в раскаленном песке, / Позабыты приливом, растущим в ночи, / Издыхают чудовища моря в тоске: / Осьминоги, т...