“Ранняя проза и стихи Гумилёва парижского периода («Загадка», «Радости земной любви», «Золотой рыцарь», «Credo») и его статьи «Жизнь стиха» и «Наследие символизма и акмеизм» как свидетельство того, что ученик Брюсова с самого начала стоял на иных, не символистских позициях: целомудренность, ясность, предпочтение мира дольнего горнему.„
“Скандинавские и эддические мотивы у Гумилёва: образ викинга, демонический волк («Волшебная скрипка», «Охота», «Поединок», «Гондла»), валькирия в «Гондле» и «Ольге», противостояние Севера и Юга в «Варварах», «тайная прародина» в «Стокгольме» и «Швеции», Рюрик и «скандинавский костяк» как часть исторической концепции поэта.„
“Биографический и поэтический диалог Ахматовой и Гумилёва: борьба и «биографический миф» каждого, «Сириус» и «подахматовки», стихи как ремесло у Гумилёва и как «диктовка» у Ахматовой, образ Музы, «тайна тайн», «Русалка» и «Романтические цветы», «У самого моря» и «Константинополь», пророчества гибели и роль вдовы поэта.„
“Понятие пространственно-временного континуума значимо для филологического анализа художественного текста, так как время и пространство служат конструктивными принципами организации литературного произведения.
На примере поэтических текстов из сборников «Костёр» и «Огненный столп» Николая Степановича Гумилёва мы проанализируем пространственно-временные аспекты творчества поэта зрелого периода, определим их значение для поэтики Гумилёва.
„
“Сборник «Романтические цветы» Н. С. Гумилёва впервые увидел свет в 1908 году, однако, поскольку окончательный вариант сборника (1918 года) отличается своей законченностью и наибольшей осмысленностью, мы возьмем именно его для рассмотрения темы.„
“В статье, написанной на материале стихотворений Н. С. Гумилёва, представлен анализ функций и семантики образных определений, относящихся к географическим названиям (топопоэтонимам). Методом сплошной выборки были выделены 206 собственных имен и 77 эпитетов, среди которых преобладали определения, содержащие эмоциональную оценку объектов: безумная Африка («Остров любви»), нежный Восток («Гончарова и Ларионов»), царственный Нигер («Нигер») — и построенные на базе метафоры или метонимии их цветовые характеристики: золотой Багдад («Паломник»), желтый Китай («Я верил, я думал...»), зеленая Сибирь («Сахара»). В генитивных конструкциях эпитет чаще всего относится к главному слову именной группы: золотые ворота Царьграда («Швеция»), зеленые волны Евфрата («Сон Адама»). В перифразах, где опорное слово именует субъект поэтического описания или абстрактное понятие, эпитетом может быть наделено географическое название: вождь золотоносных Микен (т.е. Атрид, «Воин Агамемнона»); царица необозримой Руси (т.е. Москва, «Мужик»), Анализ наиболее употребительных определений (далекий, отдаленный; древний; таинственный) показал, что в поэтическом тексте эпитет реализует несколько словарных значений, а его семантика осложнена контекстуальными коннотациями. Так, эпитет далекий к топопоэтониму Сибирь в стихотворении «Современность» служит, помимо прочего, выражению идеи удаленности во времени, а образ Сибири открывает особое пространство поэтического мира произведения — пространство, где прошлое продолжается в настоящем. В произведении «Галла» идея противопоставления различных культур передана через образ отдаленной и дикой России, как она представлена в речи африканского учителя ислама. Определение древний («Слова на музыку Давыдова», «Родос») в стихотворениях Гумилёва также создает временную перспективу поэтического описания, имеет положительную коннотацию, указывающую на высокую значимость названного топопоэтонимом объекта, а эпитет таинственный (Русь, стихотворение «Старые усадьбы»; озеро Чад, стихотворение «Озеро Чад») имеет дополнительное значение ‘связанный с таинством, волшебством’.„
“Вводится в научный оборот неизвестный отзыв Н. С. Гумилёва о поэзии франко-немецкого автора Рене Шикеле, найденный в архиве А. М. Горького Института мировой литературы РАН. Описана история обсуждения творчества Шикеле на заседаниях редакционной коллегии издательства «Всемирная литература». Показано место рецензии Гумилёва в этом процессе, а также разница подходов к материалу критиков противоположных лагерей — Волынского (представителя символистской критики) и Гумилёва (критика акмеистического толка).„
