Разговор

  • Дата написания:
Георгию Иванову

Когда зеленый луч, последний на закате,
Блеснет и скроется, мы не узнаем где,
Тогда встает душа и бродит, как лунатик,
В садах заброшенных, в безлюдьи площадей.

Весь мир теперь ее, ни ангелам ни птицам
Не позавидует она в тиши аллей.
А тело тащится вослед и тайно злится,
Угрюмо жалуясь на боль свою земле.

— «Как хорошо теперь сидеть в кафе счастливом,
Где над людской толпой потрескивает газ,
И слушать, светлое потягивая пиво,
Как женщина поет «La p'tite Tonkinoise».

— «Уж карты весело порхают над столами,
Целят скучающих, миря их с бытием.
Ты знаешь, я люблю горячими руками
Касаться золота, когда оно мое».

— «Подумай, каково мне с этой бесноватой,
Воображаемым внимая голосам,
Смотреть на мелочь звезд; ведь очень небогато
И просто разубрал Всевышний небеса». —

Земля по временам сочувственно вздыхает,
И пахнет смолами, и пылью, и травой,
И нудно думает, но все-таки не знает,
Как усмирить души мятежной торжество.

— «Вернись в меня, дитя, стань снова грязным илом,
Там, в глубине болот, холодным, скользким дном.
Ты можешь выбирать между Невой и Нилом
Отдохновению благоприятный дом».

— «Пускай ушей и глаз навек сомкнутся двери,
И пусть истлеет мозг, предавшийся врагу,
А после станешь ты растеньем или зверем…
Знай, иначе помочь тебе я не могу». —

И все идет душа, горда своим уделом,
К несуществующим, но золотым полям,
И все спешит за ней, изнемогая, тело,
И пахнет тлением заманчиво земля.


Переводы:

Чешский язык


А вот еще у Гумилёва:

Пощади, не довольно ли жалящей боли…

Пощади, не довольно ли жалящей боли, / Темной пытки отчаянья, пытки стыда! / Я оставил соблазн роковых своеволий, / Усмиренный, покорный, я твой навсегда. Слишком долго мы были затеряны в безднах, / Волны-звери, подняв свой мерцающий горб, / Нас крутили и били в объятьях железных / И бр...

Я не буду тебя проклинать…

Я не буду тебя проклинать, / Я печален печалью разлуки, / Но хочу и теперь целовать / Я твои уводящие руки. Все свершилось, о чем я мечтал / Еще мальчиком странно-влюбленным, / Я увидел блестящий кинжал / В этих милых руках обнаженным. Ты подаришь мне смертную дрожь, / А не бледную д...

Избиение женихов

Только над городом месяц двурогий / Остро прорезал вечернюю мглу, / Встал Одиссей на высоком пороге, / В грудь Антиноя он бросил стрелу. Чаша упала из рук Антиноя, / Очи окутал кровавый туман, / Легкая дрожь... и не стало героя, / Лучшего юноши греческих стран. Схвачены ужасом, встали ...

Одиссей у Лаэрта

Еще один старинный долг, / Мой рок, еще один священный! / Я не убийца, я не волк, / Я чести сторож неизменный. Лица морщинистого черт / В уме не стерли вихри жизни. / Тебя приветствую, Лаэрт, / В твоей задумчивой отчизне. Смотрю: украсили сады / Холмов утесистые скаты. / Какие спел...

Вы все, паладины Зеленого Храма…

Вы все, паладины Зеленого Храма, / Над пасмурным морем следившие румб, / Гонзальво и Кук, Лаперуз и де-Гама, / Мечтатель и царь, генуэзец Колумб! Ганнон Карфагенянин, князь Сенегамбий, / Синдбад-Мореход и могучий Улисс, / О ваших победах гремят в дифирамбе / Седые валы, набегая на мыс! ...

Только глянет сквозь утесы…

Только глянет сквозь утесы / Королевский старый форт, / Как веселые матросы / Поспешат в знакомый порт. Там, хватив в таверне сидру, / Речь ведет болтливый дед, / Что сразить морскую гидру / Может черный арбалет. Темнокожие мулатки / И гадают, и поют, / И несется запах сладкий / ...