Об Адонисе с лунной красотой…

Об Адонисе с лунной красотой…

Об Адонисе с лунной красотой,
О Гиацинте тонком, о Нарциссе,
И о Данае, туче золотой,
Еще грустят Аттические выси.

Грустят валы ямбических морей,
И журавлей кочующие стаи,
И пальма, о которой Одиссей
Рассказывал смущенной Навзикае.

Печальный мир не очаруют вновь
Ни кудри душные, ни взор призывный,
Ни лепестки горячих губ, ни кровь,
Стучавшая торжественно и дивно.

Правдива смерть, а жизнь бормочет ложь.
И ты, о нежная, чье имя — пенье,
Чье тело — музыка, и ты идешь
На беспощадное исчезновенье.

Но, мне, увы, неведомы слова —
Землетрясенья, громы, водопады,
Чтоб и по смерти ты была жива,
Как юноши и девушки Эллады.


А вот еще у Гумилёва:

На путях зеленых и земных…

На путях зеленых и земных / Горько счастлив темной я судьбою. / А стихи? Ведь ты мне шепчешь их, / Тайно наклоняясь надо мною. Ты была безумием моим / Или дивной мудростью моею, / Так когда-то грозный серафим / Говорил тоскующему змею: "Тьмы тысячелетий протекут, / И ты будешь биться...

Перчатка

На руке моей перчатка, / И ее я не сниму, / Под перчаткою загадка, / О которой вспомнить сладко / И которая уводит мысль во тьму. На руке прикосновенье / Тонких пальцев милых рук, / И как слух мой помнит пенье, / Так хранит их впечатленье / Эластичная перчатка, верный друг. Есть у ...

Русалка

На русалке горит ожерелье / И рубины греховно-красны, / Это странно-печальные сны / Мирового, больного похмелья. / На русалке горит ожерелье / И рубины греховно-красны. У русалки мерцающий взгляд, / Умирающий взгляд полуночи, / Он блестит, то длинней, то короче, / Когда ветры морски...

На сердце песни, на сердце слезы…

На сердце песни, на сердце слезы, / Душа страданьями полна. / В уме мечтания, пустые грезы / И мрак отчаянья без дна. Когда же сердце устанет биться, / Грудь наболевшая замрет, / Когда ж покоем мне насладиться / В сырой могиле придет черед?

Сказка

На скале, у самого края, / Где река Елизабет, протекая, / Скалит камни, как зубы, был замок. На его зубцы и бойницы / Прилетали тощие птицы, / Глухо каркали, предвещая. А внизу, у самого склона, / Залегала берлога дракона, / Шестиногого, с рыжей шерстью. Сам хозяин был черен, как в де...

На ступенях балкона…

На ступенях балкона / Я вечером сяду, / Про век Наполеона / Слагая балладу. И пронесут знамена / От Каэра к Парижу. / На ступенях балкона / Я их не увижу.