Заблудившийся трамвай

Заблудившийся трамвай

Шел я по улице незнакомой
И вдруг услышал вороний грай,
И звоны лютни, и дальние громы,
Передо мною летел трамвай.

Как я вскочил на его подножку,
Было загадкою для меня,
В воздухе огненную дорожку
Он оставлял и при свете дня.

Мчался он бурей темной, крылатой,
Он заблудился в бездне времен…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон.

Поздно. Уж мы обогнули стену,
Мы проскочили сквозь рощу пальм,
Через Неву, через Нил и Сену
Мы прогремели по трем мостам.

И, промелькнув у оконной рамы,
Бросил нам вслед пытливый взгляд
Нищий старик, — конечно тот самый,
Что умер в Бейруте год назад.

Где я? Так томно и так тревожно
Сердце мое стучит в ответ:
Видишь вокзал, на котором можно
В Индию Духа купить билет?

Вывеска… кровью налитые буквы
Гласят — зеленная, — знаю, тут
Вместо капусты и вместо брюквы
Мертвые головы продают.

В красной рубашке, с лицом, как вымя,
Голову срезал палач и мне,
Она лежала вместе с другими
Здесь, в ящике скользком, на самом дне.

А в переулке забор дощатый,
Дом в три окна и серый газон…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон!

Машенька, ты здесь жила и пела,
Мне, жениху, ковер ткала,
Где же теперь твой голос и тело,
Может ли быть, что ты умерла!

Как ты стонала в своей светлице,
Я же с напудренною косой
Шел представляться Императрице
И не увиделся вновь с тобой.

Понял теперь я: наша свобода
Только оттуда бьющий свет,
Люди и тени стоят у входа
В зоологический сад планет.

И сразу ветер знакомый и сладкий,
И за мостом летит на меня
Всадника длань в железной перчатке
И два копыта его коня.

Верной твердынею православья
Врезан Исакий в вышине,
Там отслужу молебен о здравьи
Машеньки и панихиду по мне.

И всё ж навеки сердце угрюмо,
И трудно дышать, и больно жить…
Машенька, я никогда не думал,
Что можно так любить и грустить.


А вот еще у Гумилёва:

Девочка

Временами, не справясь с тоскою / И не в силах смотреть и дышать, / Я, глаза закрывая рукою, / О тебе начинаю мечтать. Не о девушке тонкой и томной, / Как тебя увидали бы все, / А о девочке милой и скромной, / Наклоненной над книжкой Мюссе. День, когда ты узнала впервые, / Что есть И...

Всадник

Всадник ехал по дороге, / Было поздно, выли псы, / Волчье солнце - месяц строгий - / Лил сиянье на овсы. И внезапно за деревней / Белый камень возле пня / Испугал усмешкой древней / Задремавшего коня. Тот метнулся: темным бредом / Вдруг ворвался в душу сам / Древний ужас, тот, что ...

Театр

Все мы, святые и воры, / Из алтаря и острога / Все мы - смешные актеры / В театре Господа Бога. Бог восседает на троне, / Смотрит, смеясь, на подмостки, / Звезды на пышном хитоне - / Позолоченные блестки. Так хорошо и привольно / В ложе предвечного света. / Дева Мария довольна, / ...

Сахара

Все пустыни друг другу от века родны, / Но Аравия, Сирия, Гоби, - / Это лишь затиханье сахарской волны, / В сатанинской воспрянувшей злобе. Плещет Красное море, Персидский залив, / И глубоки снега на Памире, / Но ее океана песчаный разлив / До зеленой до...

Всё ясно для чистого взора…

Всё ясно для чистого взора: / И царский венец, и суму, / Суму нищеты и позора, - / Я всё беспечально возьму. Пойду я в шумящие рощи, / В забытый хозяином сад, / Чтоб ельник, корявый и тощий / Внезапно обрадовал взгляд. Там брошу лохмотья и лягу / И буду во сне королем, / А люди уви...

Пропавший день

Всю ночь говорил я с ночью, / Когда ж наконец я лег, / Уж хоры гремели птичьи, / Уж был золотым восток. Проснулся, когда был вечер, / Вставал над рекой туман, / Дул теплый томящий ветер / Из юго-восточных стран. И стало мне вдруг так больно, / Так жалко мне стало дня, / Своею дорог...