Заблудившийся трамвай

Заблудившийся трамвай

Шел я по улице незнакомой
И вдруг услышал вороний грай,
И звоны лютни, и дальние громы,
Передо мною летел трамвай.

Как я вскочил на его подножку,
Было загадкою для меня,
В воздухе огненную дорожку
Он оставлял и при свете дня.

Мчался он бурей темной, крылатой,
Он заблудился в бездне времен…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон.

Поздно. Уж мы обогнули стену,
Мы проскочили сквозь рощу пальм,
Через Неву, через Нил и Сену
Мы прогремели по трем мостам.

И, промелькнув у оконной рамы,
Бросил нам вслед пытливый взгляд
Нищий старик, — конечно тот самый,
Что умер в Бейруте год назад.

Где я? Так томно и так тревожно
Сердце мое стучит в ответ:
Видишь вокзал, на котором можно
В Индию Духа купить билет?

Вывеска… кровью налитые буквы
Гласят — зеленная, — знаю, тут
Вместо капусты и вместо брюквы
Мертвые головы продают.

В красной рубашке, с лицом, как вымя,
Голову срезал палач и мне,
Она лежала вместе с другими
Здесь, в ящике скользком, на самом дне.

А в переулке забор дощатый,
Дом в три окна и серый газон…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон!

Машенька, ты здесь жила и пела,
Мне, жениху, ковер ткала,
Где же теперь твой голос и тело,
Может ли быть, что ты умерла!

Как ты стонала в своей светлице,
Я же с напудренною косой
Шел представляться Императрице
И не увиделся вновь с тобой.

Понял теперь я: наша свобода
Только оттуда бьющий свет,
Люди и тени стоят у входа
В зоологический сад планет.

И сразу ветер знакомый и сладкий,
И за мостом летит на меня
Всадника длань в железной перчатке
И два копыта его коня.

Верной твердынею православья
Врезан Исакий в вышине,
Там отслужу молебен о здравьи
Машеньки и панихиду по мне.

И всё ж навеки сердце угрюмо,
И трудно дышать, и больно жить…
Машенька, я никогда не думал,
Что можно так любить и грустить.


А вот еще у Гумилёва:

В этот мой благословенный вечер…

В этот мой благословенный вечер / Собрались ко мне мои друзья, / Все, которых я очеловечил, / Выведя их из небытия. Гондла разговаривал с Гафизом / О любви Гафиза и своей, / И над ним склонялись по карнизам / Головы волков и лебедей. Муза Дальних Странствий обнимала / Зою, как сестру...

Маргарита

Валентин говорит о сестре в кабаке, / Выхваляет её ум и лицо, / А у Маргариты на левой руке / Появилось дорогое кольцо. А у Маргариты спрятан ларец / Под окном в зелёном плюще, / Ей приносит так много серёг и колец / Злой насмешник в красном плаще. Хоть высоко окно в Маргаритин приют, ...

Вам, кавказские ущелья…

Вам, кавказские ущелья, / Вам, причудливые мхи, / Посвящаю песнопенья, / Мои лучшие стихи. Как и вы, душа угрюма, / Как и вы, душа мрачна, / Как и вы, не любит шума, / Ее манит тишина. Буду помнить вас повсюду, / И хоть я в чужом краю, / Но о вас я не забуду / И теперь о вас пою.

Вдали от бранного огня…

Вдали от бранного огня / Вы видите, как я тоскую. / Мне надобно судьбу иную - / Пустите в Персию меня! / Наш коммисариат закрылся, / Я таю, сохну день от дня, / Взгляните как я истомился, - / Пустите в Персию меня! / На все мои вопросы: "Хуя!" - / Вы отвечаете, дразня, / Но я Вас...

Униженье

Вероятно, в жизни предыдущей / Я зарезал и отца и мать, / Если в этой - Боже Присносущий! - / Так позорно осужден страдать. Каждый день мой, как мертвец, спокойный, / Все дела чужие, не мои, / Лишь томленье вовсе недостойной, / Вовсе платонической любви. Ах, бежать бы, скрыться бы, как...

Маркиз де Карабас

Весенний лес певуч и светел, / Черны и радостны поля. / Сегодня я впервые встретил / За старой ригой журавля. Смотрю на тающую глыбу, / На отблеск розовых зарниц, / А умный кот мой ловит рыбу / И в сеть заманивает птиц. Он знает след хорька и зайца, / Лазейки сквозь камыш к реке, / ...