Заблудившийся трамвай

Заблудившийся трамвай

Шел я по улице незнакомой
И вдруг услышал вороний грай,
И звоны лютни, и дальние громы,
Передо мною летел трамвай.

Как я вскочил на его подножку,
Было загадкою для меня,
В воздухе огненную дорожку
Он оставлял и при свете дня.

Мчался он бурей темной, крылатой,
Он заблудился в бездне времен…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон.

Поздно. Уж мы обогнули стену,
Мы проскочили сквозь рощу пальм,
Через Неву, через Нил и Сену
Мы прогремели по трем мостам.

И, промелькнув у оконной рамы,
Бросил нам вслед пытливый взгляд
Нищий старик, — конечно тот самый,
Что умер в Бейруте год назад.

Где я? Так томно и так тревожно
Сердце мое стучит в ответ:
Видишь вокзал, на котором можно
В Индию Духа купить билет?

Вывеска… кровью налитые буквы
Гласят — зеленная, — знаю, тут
Вместо капусты и вместо брюквы
Мертвые головы продают.

В красной рубашке, с лицом, как вымя,
Голову срезал палач и мне,
Она лежала вместе с другими
Здесь, в ящике скользком, на самом дне.

А в переулке забор дощатый,
Дом в три окна и серый газон…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон!

Машенька, ты здесь жила и пела,
Мне, жениху, ковер ткала,
Где же теперь твой голос и тело,
Может ли быть, что ты умерла!

Как ты стонала в своей светлице,
Я же с напудренною косой
Шел представляться Императрице
И не увиделся вновь с тобой.

Понял теперь я: наша свобода
Только оттуда бьющий свет,
Люди и тени стоят у входа
В зоологический сад планет.

И сразу ветер знакомый и сладкий,
И за мостом летит на меня
Всадника длань в железной перчатке
И два копыта его коня.

Верной твердынею православья
Врезан Исакий в вышине,
Там отслужу молебен о здравьи
Машеньки и панихиду по мне.

И всё ж навеки сердце угрюмо,
И трудно дышать, и больно жить…
Машенька, я никогда не думал,
Что можно так любить и грустить.


А вот еще у Гумилёва:

Я рад, что он уходит, чад угарный…

Я рад, что он уходит, чад угарный, / Мне двадцать лет тому назад сознанье / Застлавший, как туман кровавый очи / Схватившемуся в ярости за нож; / Что тело женщины меня не дразнит, / Что слово женщины меня не ранит, / Что я в ветвях не вижу рук воздетых, / Не слышу вздохов в шорохе трав...

Я, что мог быть лучшей из поэм…

Я, что мог быть лучшей из поэм, / Звонкой скрипкой или розой белою, / В этом мире сделался ничем, / Вот живу и ничего не делаю. Часто больно мне и трудно мне, / Только даже боль моя какая-то, / Не ездок на огненном коне, / А томленье и пустая маята. Ничего я в жизни не пойму, / Лишь ...

В небесах

Ярче золота вспыхнули дни, / И бежала Медведица-ночь. / Догони ее, князь, догони, / Зааркань и к седлу приторочь! Зааркань и к седлу приторочь, / А потом в голубом терему / Укажи на Медведицу-ночь / Богатырскому Псу своему. Мертвой хваткой вцепляется Пес, / Он отважен, силен и хитер,...

Гиена

Над тростником медлительного Нила, / Где носятся лишь бабочки да птицы, / Скрывается забытая могила / Преступной, но пленительной царицы. Ночная мгла несет свои обманы, / Встает луна, как грешная сирена, / Бегут белесоватые туманы, / И из пещеры крадется гиена. Ее стенанья яростны и гр...

Всё чисто для чистого взора…

Всё чисто для чистого взора: / И царский венец, и суму, / Суму нищеты и позора, - / Я всё беспечально возьму. Пойду я в далекие рощи, / В забытый хозяином сад, / Где б ельник корявый и тощий / Внезапно обрадовал взгляд. Там брошу лохмотья и лягу / И буду во сне королем, / А люди ув...

В моих садах — цветы, в твоих — печаль…

В моих садах - цветы, в твоих - печаль. / Приди ко мне, прекрасною печалью / Заворожи, как дымчатой вуалью, / Моих садов мучительную даль. Ты - лепесток иранских белых роз, / Войди сюда, в сады моих томлений, / Чтоб не было порывистых движений, / Чтоб музыка была пластичных поз, Чтоб п...