Баллада

  • Дата создания:
  • Источник: Чужое небо (1912)

Влюбленные, чья грусть как облака,
И нежные задумчивые лэди,
Какой дорогой вас ведет тоска,
К какой еще неслыханной победе
Над чарой вам назначенных наследий?
Где вашей вечной грусти и слезам
Целительный предложится бальзам?
Где сердце запылает, не сгорая?
В какой пустыне явится глазам,
Блеснет сиянье розового рая?

Вот я нашел, и песнь моя легка,
Как память о давно прошедшем бреде,
Могучая взяла меня рука,
Уже слетел к дрожащей Андромеде
Персей в кольчуге из горящей меди.
Пускай вдали пылает лживый храм,
Где я теням молился и словам,
Привет тебе, о родина святая!
Влюбленные, пытайте рок, и вам
Блеснет сиянье розового рая.

В моей стране спокойная река,
В полях и рощах много сладкой снеди,
Там аист ловит змей у тростника,
И в полдень, пьяны запахом камеди,
Кувыркаются рыжие медведи.
И в юном мире юноша Адам,
Я улыбаюсь птицам и плодам,
И знаю я, что вечером, играя,
Пройдет Христос-младенец по водам,
Блеснет сиянье розового рая.

Посылка

Тебе, подруга, эту песнь отдам,
Я веровал всегда твоим стопам,
Когда вела ты, нежа и карая,
Ты знала все, ты знала, что и нам
Блеснет сиянье розового рая.



Впервые: «Чужое небо» (СПб., 1912). Датируется 25 апреля 1910 г. по времени венчания Гумилёва и Ахматовой.

Стихотворение подарено Гумилёвым Ахматовой в день их венчания — 25 апреля 1910 г. (см.: Тименчик Р. Д. Николай Гумилев // Родник. 1988. № 10. С. 20–21). В этой связи любопытно замечание Н. Я. Мандельштам о том, что Гумилёв «уговаривал Ахматову писать баллады. Ему казалось, что выход из тупика, в который завели символисты, в сюжетной поэзии» (Мандельштам Н. Я. Вторая книга. Париж, 1978. С. 57). Написано в форме старофранцузской баллады со сложной строфикой, сжатая схема которой дана в «Посылке». «Французская баллада, — писал Гумилев, — это лирическое стихотворение с определенным чередованием многократно повторяющихся рифм» (Гумилев Н. С. Письма о русской поэзии / Сост. Г. М. Фридлендера. М., 1990. С. 247). «В стихотворении “Баллада”, — отметил Б. Садовской, — г. Гумилев с упорством циркового жонглера ухитрился нанизать целых девять рифм (леди, победе, наследий, бреде, Андромеде, меди, снеди, камеди, медведи)...» (Современник. 1912. Кн. 4. С. 366). М. А. Кузмин подчёркивал программный характер стихотворения: «Наиболее ценное по значению и новизне есть заявление о юноше Адаме. Этот взгляд юношески-мужественный, “новый”, первоначальный для каждого поэта, взгляд на мир, кажущийся юным, притом с улыбкою всему, — есть признание очень знаменательное и влекущее за собою, быть может, важные последствия» (Аполлон. 1912. № 2. С. 74). Ср. с гумилёвским определением «адамизма»: «...мужественно твердый и ясный взгляд на жизнь» (Наследие символизма и акмеизм // Гумилев Н. С. Письма о русской поэзии / Сост. Г. М. Фридлендера. М., 1990. С. 55); Н. Ю. Грякалова обращает особое внимание на то, что «“адамистическое” мироощущение было с программной ясностью выражено в “Балладе”» (см.: Грякалова Н. Ю. Н. С. Гумилев и проблемы эстетического самоопределения акмеизма // Николай Гумилев: Исследования и материалы. Библиография. СПб., 1994. С. 119). М. Йованович указывал на присутствие в стихотворении масонской символики: «С точки зрения обращенности акмеизма к масонским идеям вполне закономерной представляется его связь с “адамизмом”; сюжет Адама, по ряду источников — “первого масона”, обыгран Гумилевым <...> в “Балладе”, причем <...> стихотворение выдержано в ярко масонском духе (взаимосвязанность тем Адама и Христа — “младенца”, ведущего людей в “розовый рай”)» (Н. Гумилев и русский Парнас: Материалы научной конференции. СПб., 1992. С. 35).

Ст. 5 — Здесь допускается двоякое толкование: в контексте стихотворения значение слова «чара» может трактоваться как «чаша», что в сочетании с темой странничества позволяет предположить, что речь идёт о Святом Граале.
Ст. 10 — Как явствует из дальнейших стихов, мотив «розового рая», обретаемого «в пустыне», является реминисценцией библейской Книги Исхода (1, 11).
Ст. 14–15 — Андромеда в древнегреческой мифологии — дочь царя Эфиопии Кефея, принесённая как искупительная жертва морскому чудовищу за гордыню своей матери Кассиопеи и спасённая Персеем, сыном Зевса и Данаи. После победы над чудовищем Персей взял Андромеду в жёны. Их свадьбу пытался расстроить прежний жених Андромеды Финей, однако Персей обратил заговорщиков в камни, показав нападающим на него голову Горгоны Медузы. Упоминание в стихотворении об этом мифологическом сюжете может носить автобиографический подтекст.
Ст. 16–25 — Реминисценция из Книги Второзакония, ср.: «Когда введет тебя Господь, Бог твой, в землю, в которую ты идешь, чтоб овладеть ею, и изгонит от лица твоего многочисленные народы <...> тогда предай их заклятию, не вступай с ними в союз и не щади их <...> ибо они отвратят сынов твоих от Меня, чтобы служить иным богам, и тогда воспламенеет на вас гнев Господа, и Он скоро истребит тебя. Но поступите с ними так: жертвенники их разрушьте, столбы их сокрушите, и рощи их вырубите, и истуканов богов их сожгите огнем...» (Втор. 7, 1–5). «И помни весь путь, которым вел тебя Господь, Бог твой, по пустыне, вот уже сорок лет, чтобы смирить тебя <...> Ибо Господь, Бог твой, ведет тебя в землю добрую, в землю, где потоки вод, источники и озера выходят из долин и гор, в землю, где пшеница, ячмень, виноградные лозы, смоковницы и гранатовые деревья, в землю, где масличные деревья и мед, в землю, в которой без скудости будешь есть хлеб твой и ни в чем не будешь иметь недостатка...» (Втор. 8, 2–9).
Ст. 24 — Камедь (другое название — гумми) — древесный сок, смола, сок растений.
Ст. 25 — Упоминание медведей как непременных обитателей гумилёвской «земли обетованной» позволяет предположить, что в стихотворении возникает мотив Аркадии, символом которой был царь Аркас — сын медведицы. Мотив Аркадии непосредственно подводит к тайным доктринам европейского средневековья, в которых Аркадия играла огромную роль.
Ст. 26–30 — В масонских учениях неоднократно возникала трактовка библейского образа Адама в раю как символа цели «вольных каменщиков» — созидания «земного рая». Христос, называвший себя «Сыном человеческим», рассматривался в тайных учениях как типологическое соответствие ветхозаветному Адаму; в Новом Завете о Христе говорится как о «новом Адаме» (1 Кор. 15, 45–49).
Ст. 29 — Модернизация эпизода Евангелия от Матфея, повествующего о хождении Христа по водам (Мф. 14, 25–32); образ «младенца-Христа» может соотноситься с трактовкой образа «нового Адама», совлекшего «Адама ветхого», т. е. плотского, смертного. Поскольку стихотворение создавалось одновременно с работой над поэмой «Открытие Америки», не исключено, что источником образа «младенца-Христа», шествующего по водам, явились и подготовительные материалы к поэме: «Штурман Колумба, Хуан де ла Коса, на своей первой карте вновь открытых стран поместил, между прочим, изображение человека, переносящего через море младенца-Христа» (Анучин Д. Н. О судьбе Колумба, как исторической личности, и о спорных и темных пунктах его биографии // Землеведение. Т. 1. Кн. 1. 1894. С. 239–240).
Ст. 31–35 — «Посылкой» в канонической форме баллады позднего средневековья называется заключительная строфа из 4-х или 5-ти стихов. Ахматова полагала, что «Посылка» в этом стихотворении перекликается со стихотворением «Она» (см.: Самый непрочитанный поэт... Заметки Анны Ахматовой о Николае Гумилеве // Новый мир. 1990. № 5. С. 220).

Источник: «Полное собрание сочинений В 10 томах. Издательство: М.: Воскресенье».


Материалы к стихотворению:

💬 О Гумилёве…

  • Антон Филатов
    Аксиология пространства и времени в адамическом мифе Н. C. Гумилёва
    Рассматриваются ценностные параметры пространства и времени в стихотворениях Н. С. Гумилёва, участвующих в формировании авторского адамического мифа.
  • Антон Филатов
    Миф об Адаме в лирике Н. С. Гумилёва
    В статье рассматривается значение образа Адама для художественного мира Н. С. Гумилёва. Библейский предок является не только эталоном поэта-акмеиста, но и универсальным мифологическим прототипом для героев гумилёвской лирики.
  • Игорь Лосиевский
    «Самый непрочитанный поэт» XX века
    (К 120-летию со дня рождения Николая Гумилёва) В письме и чтении не станешь властвовать прежде, чем побудешь подвластным. Марк Аврелий
  • Елена Раскина
    Орден иоаннитов в поэзии Н. С. Гумилёва
    Таинственный остров Родос, твердыня рыцарей-иоаннитов (Ордена св. Иоанна Иерусалима, Родоса и Мальты), занимает довольно важное место в сакральной географии Н. С. Гумилёва. Родосу посвящено одноименное стихотворение Н. С. Гумилёва, еще не в полной мере «расшифрованное» исследователями. Ключом к пониманию этого стихотворения является сам культуроним Родоса и связь этого культуронима с историей одного из самых могущественных рыцарских орденов католической Европы – Ордена св. Иоанна Иерусалима, Родоса и Мальты, известного как Орден Мальтийских рыцарей.
  • Елена Раскина, Елена Сорокина
    Мальтийские рыцари как исторические пассионарии в творчестве Н. С. Гумилёва
    Данная тема еще не разработана в гумилеведении. О пассионарности в творчестве поэта писал А. Доливо-Добровольский в монографии «Николай Гумилев. Поэт и воин» [23]. Но, к сожалению, автор писал о пассионарности в творчестве поэта в общем.
  • Тамара Теперик
    О некоторых аспектах античных мотивов в творчестве Н. С. Гумилёва
    В данной статье не предполагается осветить все аспекты античной рецепции у Гумилёва, поскольку она представлена достаточно многопланово и разнообразно. Перечислим коротко основные тексты.

⌛ Биография и воспоминания

  • Татьяна Юрская
    Анна Ахматова: «Моя судьба быть его женой»
    Купальный сезон закончился, городок Трувиль погрузился в спячку, и тут произошло событие, которое взбудоражило все немногочисленное местное население: полицейский арестовал некоего загадочного иностранца.

📚 Сборники

👥 Чужие стихи

🌐 Переводы

Китайский язык

Греческий язык