Пещера сна

  • Дата написания:

Там, где похоронен старый маг,
Где зияет в мраморе пещера,
Мы услышим робкий, тайный шаг,
Мы с тобой увидим Люцифера.

Подожди, погаснет скучный день,
В мире будет тихо, как во храме,
Люцифер прокрадется, как тень,
С тихими вечерними тенями.

Скрытые, незримые для всех,
Сохраним мы нежное молчанье,
Будем слушать серебристый смех
И бессильно-горькое рыданье.

Синий блеск нам взор заворожит,
Фея Маб свои расскажет сказки,
И спугнет, блуждая, Вечный Жид
Бабочек оранжевой окраски.

Но когда воздушный лунный знак
Побледнеет, шествуя к паденью,
Снова станет трупом старый маг,
Люцифер — блуждающею тенью.

Фея Маб на лунном лепестке
Улетит к далекому чертогу,
И, угрюмо посох сжав в руке
Вечный Жид отправится в дорогу.

И, взойдя на плиты алтаря,
Мы заглянем в узкое оконце,
Чтобы встретить песнею царя —
Золотисто-огненное солнце.


Варианты:


Переводы:

Польский язык

Словацкий язык


Видео:


А вот еще у Гумилёва:

Издает Бурлюк…

Издает Бурлюк / Неуверенный звук.

На палатине

Измучен огненной жарой, / Я лег за камнем на горе, / И солнце плыло надо мной, / И небо стало в серебре. Цветы склонялись с высоты / На мрамор брошенной плиты, / Дышали нежно, и была / Плита горячая бела. И ящер средь зеленых трав, / Как страшный и большой цветок, / К лазури голову...

Каракалла

Император с профилем орлиным, / С черною, курчавой бородой, / О, каким бы стал ты властелином, / Если б не был ты самим собой! Любопытно-вдумчивая нежность, / Словно тень, на царственных устах, / Но какая дикая мятежность / Затаилась в сдвинутых бровях! Образы властительные Рима, / Ю...

Иногда я бываю печален…

Иногда я бываю печален, / Я забытый, покинутый бог, / Созидающий, в груде развалин / Старых храмов, грядущий чертог. Трудно храмы воздвигнуть из пепла, / И бескровные шепчут уста, / Не навек-ли сгорела, ослепла / Вековая, Святая Мечта. И тогда надо мною, неясно, / Где-то там в высоте...

По стенам опустевшего дома...

По стенам опустевшего дома / Пробегают холодные тени, / И рыдают бессильные гномы / В тишине своих новых владений. По стенам, по столам, по буфетам / Все могли-бы их видеть воочью, / Их, оставленных ласковым светом, / Окруженных безрадостной ночью. Их больные и слабые тельца / Трепет...

Памяти Анненского

К таким нежданным и певучим бредням / Зовя с собой умы людей, / Был Иннокентий Анненский последним / Из царскосельских лебедей. Я помню дни: я, робкий, торопливый, / Входил в высокий кабинет, / Где ждал меня спокойный и учтивый, / Слегка седеющий поэт. Д...