Пещера сна

Впервые: Весы. 1906. № 6, без заглавия, как второе стихотворение цикла, с вариантами; затем «Романтические цветы» (Париж, 1908), без заглавия, с вариантами; «Жемчуга» (1910), так же; «Романтические цветы» (1918). Автограф в письме Брюсову от 8 мая 1906 г. (РГБ. Ф. 386. К. 84. Ед. хр. 18. Л. 4–4 об.); в тексте отсутствуют строфы 4 и 6. Автограф — архив Лозинского. Датируется февралём 1906 г. по письму к Брюсову от 8 мая 1906 г.: «...оно уже месяца два дожидалось...» и далее по смыслу (Гумилев Н. Неизданное и несобранное. Париж, 1986. С. 94).

Ю. Верховский писал о «нынешней фантастике» «в проходящих образах Люцифера, феи Маб, Вечного Жида... — с отдельными моментами не только стройности, но и движения внутреннего. Все же вообще трактовано внешне-живописно и эффектно-риторически, со вкусом не всегда разборчивым (в частности, относительно языка), с интенсивностью очень неравномерной, без определенно индивидуальных достижений, без полной убедительности» (Верховский Ю. Н. Путь поэта // Современная литература. Л., 1925. С. 95). М. Баскер увидел в этом стихотворении психологически точное воспроизведение сомнамбулического процесса. Ссылаясь на книгу Э. Леви «Трансцендентальная магия» (Лондон, 1896), М. Баскер показал, что Гумилёв был знаком с этим учением и достоверно отразил весь комплекс чувств и ощущений, сопутствующих мистическому общению (см.: Basker. P. 37–38). Н. А. Богомолов увидел в стихотворении «очевидный подтекст» — книгу Ф. Ницше «Так говорил Заратустра» (см.: Гумилев Н. С. Сочинения: В 3 т. Т. 1. М., 1991. С. 489). С этой точкой зрения солидаризовался С. Л. Слободнюк, подчёркивая, однако, что гумилёвская интерпретация мага — Зороастра иная, нежели у Ницше (см.: Слободнюк С. Л. Н. С. Гумилев: Проблемы мировоззрения и поэтики. Душанбе, 1992. С. 128–129). Ю. В. Зобнин усмотрел в стихотворении проявление «сатанистских мотивов», заимствованных юным Гумилёвым у «учителей-символистов», прежде всего — у Брюсова (Зобнин Ю. В. Странник духа // Н. С. Гумилев: pro et contra. СПб., 1995. С. 22).

Возможно, генезис образа «старого мага» иной, нежели тот, который предлагают указанные критики, так как по отношению к ницшевскому Заратустре эпитет «старый» не вполне приложим. В этом смысле уместно указать на фигуру легендарного Мерлина из романов «артуровского цикла», который по одной версии превратился в тень, по другим — удалился в громадный каменный склеп, где затворился изнутри (Холл М. П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розенкрейцерской символической философии. Новосибирск, 1993. С. 103).

Ст. 14 — Фея Маб — персонаж английских легенд, добрая волшебница (см., напр., поэму П. Шелли «Королева Маб»).
Ст. 15 — Вечный Жид, или Агасфер, — персонаж поздних средневековых мифов, иерусалимский башмачник, проклятый Богом за то, что грубо отказал Христу в отдыхе во время крестного пути; за это он оказался обречённым на бессмертие и должен скитаться до второго пришествия Христа в надежде на прощение (см., напр., роман Э. Сю «Вечный Жид»).
Ст. 17–20 — Люцифер в магии соотнесён с луной и является демоном понедельника (дня луны).

Источник: «Полное собрание сочинений В 10 томах. Издательство: М.: Воскресенье».