Память

Память

Только змеи сбрасывают кожи,
Чтоб душа старела и росла.
Мы, увы, со змеями не схожи,
Мы меняем души, не тела.

Память, ты рукою великанши
Жизнь ведешь, как под уздцы коня,
Ты расскажешь мне о тех, что раньше
В этом теле жили до меня.

Самый первый: некрасив и тонок,
Полюбивший только сумрак рощ,
Лист опавший, колдовской ребенок,
Словом останавливавший дождь.

Дерево да рыжая собака,
Вот кого он взял себе в друзья,
Память, Память, ты не сыщешь знака,
Не уверишь мир, что то был я.

И второй… Любил он ветер с юга,
В каждом шуме слышал звоны лир,
Говорил, что жизнь — его подруга,
Коврик под его ногами — мир.

Он совсем не нравится мне, это
Он хотел стать богом и царем,
Он повесил вывеску поэта
Над дверьми в мой молчаливый дом.

Я люблю избранника свободы,
Мореплавателя и стрелка,
Ах, ему так звонко пели воды
И завидовали облака.

Высока была его палатка,
Мулы были резвы и сильны,
Как вино, впивал он воздух сладкий
Белому неведомой страны.

Память, ты слабее год от году,
Тот ли это, или кто другой
Променял веселую свободу
На священный долгожданный бой.

Знал он муки голода и жажды,
Сон тревожный, бесконечный путь,
Но святой Георгий тронул дважды
Пулею нетронутую грудь.

Я — угрюмый и упрямый зодчий
Храма, восстающего во мгле,
Я возревновал о славе Отчей,
Как на небесах, и на земле.

Сердце будет пламенем палимо
Вплоть до дня, когда взойдут, ясны,
Стены нового Иерусалима
На полях моей родной страны.

И тогда повеет ветер странный —
И прольется с неба страшный свет,
Это Млечный Путь расцвел нежданно
Садом ослепительных планет.

Предо мной предстанет, мне неведом,
Путник, скрыв лицо: но всё пойму,
Видя льва, стремящегося следом,
И орла, летящего к нему.

Крикну я… Но разве кто поможет, —
Чтоб моя душа не умерла?
Только змеи сбрасывают кожи,
Мы меняем души, не тела.


А вот еще у Гумилёва:

Старые усадьбы

Дома косые, двухэтажные, / И тут же рига, скотный двор, / Где у корыта гуси важные / Ведут немолчный разговор. В садах настурции и розаны, / В прудах зацветших караси, / - Усадьбы старые разбросаны / По всей таинственной Руси. Порою в полдень льется по лесу / Неясный гул, невнятный к...

Богатое сердце

Дремала душа, как слепая, / Так пыльные спят зеркала, / Но солнечным облаком рая / Ты в темное сердце вошла. Не знал я, что в сердце так много / Созвездий слепящих таких, / Чтоб вымолить счастье у Бога / Для глаз говорящих твоих. Не знал я, что в сердце так много / Созвучий звенящих ...

Портрет мужчины

Его глаза - подземные озера, / Покинутые царские чертоги. / Отмечен знаком высшего позора, / Он никогда не говорит о Боге. Его уста - пурпуровая рана / От лезвия, пропитанного ядом. / Печальные, сомкнувшиеся рано, / Они зовут к непознанным усладам. И руки - бледный мрамор полнолуний, /...

Персей. Скульптура Кановы

Его издавна любят музы, / Он юный, светлый, он герой, / Он поднял голову Медузы / Стальной, стремительной рукой. И не увидит он, конечно, / Он, в чьей душе всегда гроза, / Как. хороши, как человечны / Когда-то страшные глаза, Черты измученного болью, / Теперь прекрасного лица... / ...

К ***

Если встретишь меня, не узнаешь! / Назовут - едва ли припомнишь! / Только раз говорил я с тобою, / Только раз целовал твои руки. Но клянусь - ты будешь моею, / Даже если ты любишь другого, / Даже если долгие годы / Не удастся тебя мне встретить! Я клянусь тебе белым храмом, / Что мы ...

Если плохо мужикам…

Если плохо мужикам, / Хорошо зато медведям, / Хорошо и их соседям / И кабанам, и волкам. Забираются в овчарни, / Топчут тощие овсы, / Ведь давно издохли псы, / На войну угнали парней. И в воде озер - морей / Даже рыба недозрела, / Рыло высунула смело, / Ловит мух и комарей. Полн...