Память

Память

Только змеи сбрасывают кожи,
Чтоб душа старела и росла.
Мы, увы, со змеями не схожи,
Мы меняем души, не тела.

Память, ты рукою великанши
Жизнь ведешь, как под уздцы коня,
Ты расскажешь мне о тех, что раньше
В этом теле жили до меня.

Самый первый: некрасив и тонок,
Полюбивший только сумрак рощ,
Лист опавший, колдовской ребенок,
Словом останавливавший дождь.

Дерево да рыжая собака,
Вот кого он взял себе в друзья,
Память, Память, ты не сыщешь знака,
Не уверишь мир, что то был я.

И второй… Любил он ветер с юга,
В каждом шуме слышал звоны лир,
Говорил, что жизнь — его подруга,
Коврик под его ногами — мир.

Он совсем не нравится мне, это
Он хотел стать богом и царем,
Он повесил вывеску поэта
Над дверьми в мой молчаливый дом.

Я люблю избранника свободы,
Мореплавателя и стрелка,
Ах, ему так звонко пели воды
И завидовали облака.

Высока была его палатка,
Мулы были резвы и сильны,
Как вино, впивал он воздух сладкий
Белому неведомой страны.

Память, ты слабее год от году,
Тот ли это, или кто другой
Променял веселую свободу
На священный долгожданный бой.

Знал он муки голода и жажды,
Сон тревожный, бесконечный путь,
Но святой Георгий тронул дважды
Пулею нетронутую грудь.

Я — угрюмый и упрямый зодчий
Храма, восстающего во мгле,
Я возревновал о славе Отчей,
Как на небесах, и на земле.

Сердце будет пламенем палимо
Вплоть до дня, когда взойдут, ясны,
Стены нового Иерусалима
На полях моей родной страны.

И тогда повеет ветер странный —
И прольется с неба страшный свет,
Это Млечный Путь расцвел нежданно
Садом ослепительных планет.

Предо мной предстанет, мне неведом,
Путник, скрыв лицо: но всё пойму,
Видя льва, стремящегося следом,
И орла, летящего к нему.

Крикну я… Но разве кто поможет, —
Чтоб моя душа не умерла?
Только змеи сбрасывают кожи,
Мы меняем души, не тела.


А вот еще у Гумилёва:

Ответ

Чуковский, ты не прав, обрушась на поленья, / Обломки божества - дрова, / Когда-то деревам, близки им вдохновенья, / Тепла и пламени слова. Береза стройная презренней ли, чем роза, / Где дерево - там сад, / Где б мы ни взяли их, хотя б из Совнархоза, / ...

Заблудившийся трамвай

Шел я по улице незнакомой / И вдруг услышал вороний грай, / И звоны лютни, и дальние громы, / Передо мною летел трамвай. Как я вскочил на его подножку, / Было загадкою для меня, / В воздухе огненную дорожку / Он оставлял и при свете дня. Мчался он бурей темной, крылатой, / Он заблуди...

Ольга

Эльга, Эльга! - звучало над полями, / Где ломали друг другу крестцы / С голубыми, свирепыми глазами / И жилистыми руками молодцы. Ольга, Ольга! - вопили древляне / С волосами желтыми, как мед / Выцарапывая в раскаленной бане / Окровавленными ногтями ход. И за дальними морями чужими / ...

Звездный ужас

Это было золотою ночью, / Золотою ночью, но безлунной, / Он бежал, бежал через равнину, / На колени падал, поднимался, / Как подстреленный метался заяц, / И горячие струились слезы / По щекам, морщинами изрытым, / По козлиной, старческой бородке. / А за ним его бежали дети, / А за ...

Это было не раз

Это было не раз, это будет не раз / В нашей битве глухой и упорной: / Как всегда, от меня ты теперь отреклась, / Завтра, знаю, вернешься покорной. Но зато не дивись, мой враждующий друг, / Враг мой, схваченный темной любовью, / Если стоны любви будут стонами мук, / Поцелуи - окрашены кр...

Этот город воды, колонад и мостов…

Этот город воды, колонад и мостов, / Верно, снился тому, кто сжимая виски, / Упоительный опиум странных стихов, / Задыхаясь, вдыхал после ночи тоски. В освещенных витринах горят зеркала, / Но по улицам крадется тихая темь, / А колонна крылатого льва подняла, / И гиганты на башне ударили...