Измучен огненной жарой,
Я лег у камня на горе
И небо плыло надо мной
И горы стыли в серебре.
Цветы склонялись с высоты
На мрамор брошенной плиты,
Дышали нежно, и была
Плита горячая бела.
И ящер средь зеленых трав,
Как странный и большой цветок,
Высоко голову подняв,
Застыл и двинуться не мог.
О если б умер я в тот миг,
Я твердо знаю, я б проник
К богам, в Элизиум святой,
И пил бы нектар золотой.
А рай оставил бы для тех,
Кто помнит ночь и верит в грех,
Кто тайно каждому стеблю
Не говорить свое — люблю.