Судан

  • Дата написания:

Ах, наверно, сегодняшним утром
Слишком громко звучат барабаны,
Крокодильей обтянуты кожей,
Слишком звонко взывают колдуньи
На утесах Нубийского Нила,
Потому что сжимается сердце,
Лоб горяч и глаза потемнели
И в мечтах оживленная пристань,
Голоса смуглолицых матросов,
В пенных клочьях веселое море,
А за морем ущелье Дарфура,
Галереи-леса Кордофана
И великие воды Борну.

Города, озаренные солнцем,
Словно склады в зеленых трущобах,
А из них, как грозящие руки,
Минареты возносятся к небу.
А на тронах из кости слоновой
Восседают, как древние бреды,
Короли и владыки Судана,
Рядом с каждым, прикованный цепью,
Лев прищурился, голову поднял
И с усов лижет кровь человечью,
Рядом с каждым играет секирой
Толстогубый, с лоснящейся кожей,
Чёрный, словно душа властелина,
В ярко-красной рубашке палач.

Перед ними торговцы рабами
Свой товар горделиво проводят,
Стонут люди в тяжелых колодках
И белки их сверкают на солнце,
Проезжают вожди из пустыни,
В их тюрбанах жемчужные нити,
Перья длинные страуса вьются
Над затылком играющих коней,
И надменно проходят французы,
Гладко выбриты, в белой одежде,
В их карманах бумаги с печатью,
Их завидя, владыки Судана
Поднимаются с тронов своих.

А кругом на широких равнинах,
Где трава укрывает жирафа,
Садовод Всемогущего Бога
В серебрящейся мантии крыльев
Сотворил отражение рая:
Он раскинул тенистые рощи
Прихотливых мимоз и акаций,
Рассадил по холмам баобабы,
В галереях лесов, где прохладно
И светло, как в дорическом храме,
Он провел многоводные реки
И в могучем порыве восторга
Создал тихое озеро Чад.

А потом, улыбнувшись, как мальчик,
Что придумал забавную шутку,
Он собрал здесь совсем небывалых,
Удивительных птиц и животных.
Краски взяв у пустынных закатов,
Попугаям он перья раскрасил,
Дал слону он клыки, что белее
Облаков африканского неба,
Льва одел золотою одеждой
И пятнистой одел леопарда,
Сделал рог, как янтарь, носорогу,
Дал газели девичьи глаза.

И ушёл на далекие звёзды —
Может быть, их раскрашивать тоже.
Бродят звери, как Бог им назначил,
К водопою сбираются вместе,
И не знают, что дивно-прекрасны,
Что таких, как они, не отыщешь,
И не знает об этом охотник,
Что в пылающий полдень таится
За кустом с ядовитой стрелою
И кричит над поверженным зверем,
Исполняя охотничью пляску,
И уносит владыкам Судана
Дорогую добычу свою.

Но роднят обитателей степи
Иногда луговые пожары.
День, когда затмевается солнце
От летящего по ветру пепла
И невиданным зверем багровым
На равнинах шевелится пламя,
Этот день — оглушительный праздник,
Что приветливый Дьявол устроил
Даме Смерти и Ужасу брату!
В этот день не узнать человека,
Средь толпы опаленных, ревущих,
Всюду бьющих клыками, рогами,
Сознающих одно лишь: огонь!

Вечер. Глаз различить не умеет
Ярких нитей на поясе белом;
Это знак, что должны мусульмане
Пред Аллахом свершить омовенье,
Тот водой, кто в лесу над рекою,
Тот песком, кто в безводной пустыне.
И от голых песчаных утесов
Беспокойного Красного Моря
До зеленых валов многопенных
Атлантического Океана
Люди молятся. Тихо в Судане,
И над ним, над огромным ребенком,
Верю, верю, склоняется Бог.


Материалы к стихотворению:

О Гумилёве…


Переводы:

Чешский язык


А вот еще у Гумилёва:

Поэт ленив, хоть лебединый…

Поэт ленив, хоть лебединый / В его душе не меркнет день, / Алмазы, яхонты, рубины / Стихов ему рассыпать лень. Его закон - неутомимо, / Как скряга, в памяти сбирать / Улыбки женщины любимой, / Зеленый взор и неба гладь. Дремать Танкредом у Армиды, / Ахиллом возле кораблей, / Лелея ...

Ангел боли

Праведны пути твои, царица, / По которым ты ведешь меня, / Только сердце бьется, словно птица, / Страшно мне от синего огня. С той поры, как я еще ребенком, / Стоя в церкви, сладко трепетал / Перед профилем девичьим, тонким, / Пел псалмы, молился и мечтал, И до сей поры, когда во храме...

Шестое чувство

Прекрасно в нас влюбленное вино / И добрый хлеб, что в печь для нас садится, / И женщина, которою дано, / Сперва измучившись, нам насладиться. Но что нам делать с розовой зарей / Над холодеющими небесами, / Где тишина и неземной покой, / Что делать нам с бессмертными стихами? Ни съесть...

Зараза

Приближается к Каиру судно / С длинными знаменами Пророка. / По матросам угадать нетрудно, / Что они с востока. Капитан кричит и суетится, / Слышен голос гортанный и резкий, / Меж снастей видны смуглые лица, / И мелькают красные фески. На пристани толпятся дети, / Забавны их тонкие т...

Медиумические явления

Приехал Коля. Тотчас слухи, / Во всех вселившие испуг: / По дому ночью ходят духи / И слышен непонятный стук. Лишь днем не чувствуешь их дури; / Когда ж погаснет в окнах свет, / Они лежат на лиги-куре / Или сражаются в крокет. Испуг ползет, глаза туманя; / Мы все за чаем - что за вид...

Императору

Призрак какой-то неведомой силы, / Ты ль, указавший законы судьбе, / Ты ль, император, во мраке могилы / Хочешь, чтоб я говорил о тебе? Горе мне! Я не трибун, не сенатор, / Я только бедный бродячий певец, / И для чего, для чего, император, / Ты на меня возлагаешь венец? Заперты мне все...

Природе женщины подобны…

Природе женщины подобны, / Зверям и птицам - злись не злись, / Но я, услышав шаг твой дробный, / Душой угадываю рысь. Порой ты, нежная и злая, / Всегда перечащая мне, / Напоминаешь горностая / На ветке снежной при луне. И редко-редко взором кротким, / Не на меня глядя, а вкруг, / Т...

Ночь

Пролетала золотая ночь / И на миг замедлила в пути, / Мне, как другу, захотев помочь, / Ваши письма думала найти - Те, что вы не написали мне... / А потом присела на кровать / И сказала: "Знаешь, в тишине / Хорошо бывает помечтать! Та, другая, вероятно, зла, / Ей с тобой встречаться ...

Пролетела стрела…

Пролетела стрела / Голубого Эрота, / И любовь умерла, / И настала дремота. В сердце легкая дрожь / Золотого похмелья, / Золотого, как рожь, / Как ее ожерелье. Снова лес и поля / Мне открылись как в детстве, / И запутался я / В этом милом наследстве. Легкий шорох шагов, / И на ...