Вечер

  • Дата написания:

За тридцать лет я плугом ветерана
Провел ряды неисчислимых гряд,
Но старых ран рубцы еще горят
И умирать еще как будто рано.

Вот почему в полях Медиалана
Люблю грозы воинственный раскат:
В тревоге облаков я слушать рад
Далекий гул небесного тарана.

Темнеет день, слышнее кровь и грай,
Со всех сторон шумит дремучий край,
Где залегли зловещие драконы.
В провалы туч, в зияющий излом
За медленными зовами углом
                              <...> легионы
___
Данный текст находится в конспектах лекций Гумилёва, принадлежащих неизвестной студистке, вместе с текстом окончательной редакции «Леопарда» и текстами ст-ний «Июльский день. Почти пустой музей» и «Пантум» (Архив Лукницкого). Конспекты написаны карандашом, крайне неразборчиво. В архиве имеются расшифровки данных ст-ний, сделанные П. Н. Лукницким в конце 60-х гг. На расшифровке данного ст-ния помета Лукницкого: «1921. 24/V 1968».
Вероятно, данное ст-ние также является одним из «упражнений» в стихосложении, которые Гумилёв предлагал слушателям своих курсов. Точная атрибуция данного текста на настоящий момент невоэможна.
Ст. 5. — Медиолан — старинное название Милана.


А вот еще у Гумилёва:

Однажды вечером

В узких вазах томленье умирающих лилий. / Запад был меднокрасный. Вечер был голубой. / О Леконте де Лиле мы с тобой говорили, / О холодном поэте мы грустили с тобой. Мы не раз открывали шелковистые томы / И читали спокойно и шептали: не тот! / Но тогда нам сверкнули все слова, все истомы,...

В ущелье мрачном и утробном

В ущелье мрачном и утробном / Аму-Дарьяльских котловин / Всегда с другим, себе подобным, / Холодный греется рубин. Быстротекущая, как воздух, / Как жизнь бессмертная, Любовь / В камеях, людях, птицах, звёздах / Торопит огненную кровь. И никогда я не покину / Мечту, что мы с тобой вдв...

Мужик

В чащах, в болотах огромных, / У оловянной реки, / В срубах мохнатых и темных / Странные есть мужики. Выйдет такой в бездорожье, / Где разбежался ковыль, / Слушает крики Стрибожьи, / Чуя старинную быль. С остановившимся взглядом / Здесь проходил печенег... / Сыростью пахнет и гадом...

В шумном вихре юности цветущей…

В шумном вихре юности цветущей / Жизнь свою безумно я сжигал, / День за днем, стремительно бегущий, / Отдохнуть, очнуться не давал. Жить, как прежде больше не могу я, / Я брожу, как охладелый труп, / Я томлюсь по ласке поцелуя, / Поцелуя милых женских губ.

В этом альбоме писать надо длинные, длинные строки, как нити…

В этом альбоме писать надо длинные, длинные строки, как нити. / Много в них можно дурного сказать, может быть, и хорошего много. / Что хорошо или дурно в этом мире роскошных и ярких событий! / Будьте правдивы и верьте в дьяволов, если Вы верите в бога. Если ж Вы верите в дьяволов, тех, что ве...

В этот мой благословенный вечер…

В этот мой благословенный вечер / Собрались ко мне мои друзья, / Все, которых я очеловечил, / Выведя их из небытия. Гондла разговаривал с Гафизом / О любви Гафиза и своей, / И над ним склонялись по карнизам / Головы волков и лебедей. Муза Дальних Странствий обнимала / Зою, как сестру...

Маргарита

Валентин говорит о сестре в кабаке, / Выхваляет её ум и лицо, / А у Маргариты на левой руке / Появилось дорогое кольцо. А у Маргариты спрятан ларец / Под окном в зелёном плюще, / Ей приносит так много серёг и колец / Злой насмешник в красном плаще. Хоть высоко окно в Маргаритин приют, ...

Вам, кавказские ущелья…

Вам, кавказские ущелья, / Вам, причудливые мхи, / Посвящаю песнопенья, / Мои лучшие стихи. Как и вы, душа угрюма, / Как и вы, душа мрачна, / Как и вы, не любит шума, / Ее манит тишина. Буду помнить вас повсюду, / И хоть я в чужом краю, / Но о вас я не забуду / И теперь о вас пою.

Вдали от бранного огня…

Вдали от бранного огня / Вы видите, как я тоскую. / Мне надобно судьбу иную - / Пустите в Персию меня! / Наш коммисариат закрылся, / Я таю, сохну день от дня, / Взгляните как я истомился, - / Пустите в Персию меня! / На все мои вопросы: "Хуя!" - / Вы отвечаете, дразня, / Но я Вас...