Путешествие в Китай

  • Дата создания:
  • Источник: Жемчуга (1918)
С. Судейкину

Воздух над нами чист и звонок,
В житницу вол отвез зерно,
Отданный повару пал ягненок,
В медных ковшах играет вино.

Что же тоска нам сердце гложет,
Что мы пытаем бытие?
Лучшая девушка дать не может
Больше того, что есть у нее.

Все мы знавали злое горе,
Бросили все заветный рай,
Все мы, товарищи, верим в море,
Можем отплыть в далекий Китай.

Только не думать! Будет счастье
В самом крикливом какаду,
Душу исполнит нам жгучей страстью
Смуглый ребенок в чайном саду.

В розовой пене встретим даль мы,
Нас испугает медный лев.
Что нам пригрезится в ночь у пальмы?
Как опьянят нас соки дерев?

Праздником будут те недели,
Что проведем на корабле…
Ты ли не опытен в пьяном деле,
Вечно румяный, мэтр Раблэ?

Грузный, как бочки вин токайских,
Мудрость свою прикрой плащем,
Ты будешь пугалом дев китайских,
Бедра обвив зеленым плющем.

Будь капитаном! Просим! Просим!
Вместо весла вручаем жердь…
Только в Китае мы якорь бросим,
Хоть на пути и встретим смерть!



Впервые: «Жемчуга» (1910); затем «Жемчуга» (1918). Датируется до 16 апреля 1910 г.

Вяч. Иванов обратил внимание на это стихотворение как на пример преодоления Гумилёвым влияния Брюсова: «Довольно прочесть, например, превосходное “Путешествие в Китай” <...> чтобы увидеть, что Н. Гумилев подчас хмелеет мечтой веселее и беспечнее, чем Брюсов, трезвый в самом упоении» (Аполлон. 1910. № 7. С. 38–39). На этот — косвенный — выпад Вяч. Иванова Брюсов ответил подобным же образом — в рецензии на «Чужое небо» Гумилёва: «Гумилев пишет и будет писать прекрасные стихи: не будем спрашивать с него больше, чем он может нам дать» (Русская мысль. 1912. № 7. С. 19), где пародируются ст. 7–8 «Путешествия в Китай». Ю. Верховский отмечал в стихотворении «свежую и веселую живость, не чуждую иронической улыбки и легкого юмора» (Верховский Ю. Н. Путь поэта // Современная литература. Л., 1925. С. 98–99). В духе «вульгарного социологизма» трактовал стихотворение А. Волков: «Лозунг “не думать” прекрасно выражает идейное существо класса Гумилева. “Счастье”, получаемое ценой отхода от размышлений, конечно, иллюзорное, непрочное счастье. Лозунг “не думать” всегда является лозунгом уходящих, загнивающих классов» (Волков А. Поэзия русского империализма. М., 1935. С. 134). Это стихотворение, по мнению Н. Богомолова, как и некоторые другие, «связывают магическую и визионерскую поэзию “Романтических цветов” с акмеистической и вещественной поэтикой зрелого Гумилева» (Богомолов Н. Читая Гумилева // Гумилев Н. С. Избранное / Сост., вст. ст. Н. А. Богомолова. М., 1995. С. 11). Е. Вагин видел в стихотворении «щемящую грусть (предвестие будущих духовных прозрений)» (Вагин Е. Поэтическая судьба и миропереживание Н. Гумилева // Беседа (Л.; Париж). 1986. № 4. С. 179). М. Баскер пришёл к выводу, что «Путешествие в Китай» в творчестве Гумилёва является символом «поиска рая» — в духе Пушкина и Бодлера: «...Китай, как конечное место назначения, должен, естественно, восприниматься как достижение совершенного понимания...» (Н. Гумилев и русский Парнас: Материалы научной конференции. СПб., 1992. С. 15).

Судейкин Сергей Юрьевич (1883–1946) — художник-«мирискусник». У Гумилёва находилась его картина «На острове Цитера» (сообщено М. Д. Эльзоном).
Ст. 24 — Рабле Франсуа (1494–1553) — французский писатель, автор романа «Гаргантюа и Пантагрюэль», крупнейший идеолог французского Возрождения, пользовался репутацией «мага», знатока оккультных наук. Гумилёв называл Рабле писателем, имя которого «чаще всего произносят в кругах, близких к акмеизму» (Гумилев Н. Стихи. Письма о русской поэзии. М., 1989. С. 413).

Источник: «Полное собрание сочинений В 10 томах. Издательство: М.: Воскресенье».


Материалы к стихотворению:

🤲 Варианты

🤦 Критика

  • Валерий Брюсов
    Н. Гумилёв. Жемчуга
    Н. Гумилев. Жемчуга. Стихи. Книгоиздательство «Скорпион». М., 1910 г. Ц. 1 р. 50 к.
  • Вячеслав Иванов
    Жемчуга. Н. Гумилёва
    Подражатель не нужен мастеру; но его радует ученик. Независимого таланта требует от ученика большой мастер, и на такой талант налагает послушание: в свободном послушании мужает сила. Н. Гумилев не напрасно называет Валерия Брюсова своим учителем: он — ученик, какого мастер не признать не может; и он — еще ученик.
  • Сергей Ауслендер
    Н. Гумилёв. Жемчуга
    Н. Гумилёв. Жемчуга. Книга стихов. Изд. «Скорпион». Москва, 1910, с. 167. Ц, 1 р. 50 к.
  • Василий Львов-Рогачевский
    Н. Гумилёв. Жемчуга
    Н. Гумилев. Жемчуга. Стихи. Обложка работы Д. Кардовского. Кн-во «Скорпион». Ц. 1 р. 50 к.

💬 О Гумилёве…

  • Майкл Баскер
    Гумилёв, Рабле и «Путешествие в Китай»: К прочтению одного прото-акмеистического мифа
    We shall not cease from exploration And the end of all our exploring Will be to arrive where we started And know the place for the first time. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . A condition of complete simplicity (Costing not less than everything)* T. S. Eliot1
  • Елена Раскина
    Геософские аспекты творчества Н. С. Гумилёва
    На правах рукописи Специальность 10.01.01 – Русская литература Автореферат  диссертации на соискание ученой степени доктора филологических наук Архангельск – 2009 Работа выполнена на кафедре теории и практики журналистики Московского гуманитарного института имени Е. Р. Дашковой 
  • Елена Раскина
    Образы китайской культуры
    Культура Древнего Китая, китайская поэзия эпохи Тан оказали огромное влияние на творчество великого поэта «серебряного века» русской культуры Н. С. Гумилева Образ «священного Китая» присутствует в стихотворении «Путешествие в Китай» (1910), незавершенной поэме «Два сна» (1918) и «сборнике китайских стихов» — «Фарфоровый павильон» Для Гумилева Китай — это страна поэзии, мудрости и веры, оказавшая несомненное влияние на историко-культурное развитие России.
  • Александра Архипова
    «Эльдорадо» Эдгара По и «Жемчуга» Николая Гумилёва
    I. Особенности восприятия Эдгара По в России и странность одного перевода. Эльдорадо и четыре стихотворения Гумилёва. По был исключительно привлекательной фигурой для деятелей декадентской эпохи. Бодлер, открывший По Европе, говорил о «мрачном гении»; о «демонизме» По упоминают Брюсов и Блок.[1] Образ этот был отчасти подготовлен им самим в «меморандуме» для биографов, но основная заслуга принадлежит его душеприказчику Грисуолду, нарисовавшему аморальный облик пьющего поэта, в открытую демонстрирующего свои пороки. Реальная жизнь По подверглась мифологизации.
  • Юрий Верховский
    Путь поэта. О поэзии Н. С. Гумилёва
    I Когда перед нами — литературное наследие целой закончившейся деятельности поэта, естественно желание дать себе отчет в итогах этой деятельности, представить себе во всей цельности это наследие, а для этого прежде всего последовательно обозреть его — с первых ступеней закончившегося уже восхождения. «Оды, сочиненные и переведенные при горе Читалагае» Державина, «Лирический Пантеон» Фета, «Гаммы» Полонского, «Мечты и Звуки» Некрасова — во всех этих первых книгах наших столь различных поэтов — или в известной мере уже прямо определилось что-то свое, основное для автора, или, по крайней мере, хотя бы в какой-то не вполне ясной глубине наметились, обозначились некие элементы будущего своеобразного индивидуального развития.
  • Ирина Трегубова
    Китайский цикл Николая Гумилёва
    «Сердце билось как загнанный зверь, И хотелось неведомых далей…»
  • И. Кравцова
    Н. Гумилёв и Эдгар По: Сопоставительная заметка Анны Ахматовой
    Опубликованные в течение последних лет материалы из архива П. Н. Лукницкого1 показывают, насколько интенсивной, кропотливой и разносторонней была в 1924—1926 годах работа Ахматовой по собиранию и изучению творческого наследия Н. С. Гумилёва.
  • Анна Гомер
    Экзотизм и геософия Николая Гумилёва в контексте европейского колониального дискурса.
    Самоидентификация через «другое».
  • Глеб Струве
    Творческий путь Гумилёва
    Поэт-конквистадор, поэт-воин, поэт-рыцарь — эти определения Н. С. Гумилёва, как поэта, давно стали ходячими.
  • Л. Смирнова
    «...Припомнить всю жестокую, милую жизнь...» (о Н. Гумилёве)
    Наследие, личность, судьба Николая Степановича Гумилёва (1886-1921) — поэта редкой индивидуальности — вызывают сейчас жгучий интерес. Да и не может быть иначе. Его творчество при жизни автора привлекало чарующей новизной и смелостью, остротой чувств, взволнованной мыслью, личность — мужеством и силой духа. Но долгие десятилетия стихи Гумилёва не переиздавались. Имя его лишь изредка упоминалось.
  • Ольга Улокина
    Мотив странствия в поэзии Н. Гумилёва и М. Волошина
    При жизни Н. Гумилёва и М. Волошина в сознании современников сложилось представление о них почти как об антиподах – в жизни и в искусстве.
  • Вячеслав Малых
    «Последняя свобода поэта»: А. С. Пушкин и Н. С. Гумилёв
    В статье рассматривается духовная эволюция лирического героя Гумилёва через ее сопоставление с духовной эволюцией героя лирики Пушкина. Выделяются мировоззренческие доминанты, через которые проходит духовная эволюция пушкинского героя: нигилистическая ирония, раскаяние, исповедь, побег и духовное освобождение. Эволюция лирического героя Гумилёва, подобно эволюции героя Пушкина, раскрывается как поиск духовной свободы поэта от оков мира. Путь раскаяния, духовного бегства и странничества, в котором гумилёвского героя ведет некий посланник, имеющий сложную символическую природу, проходит через «прекрасное убежище» искусства и мистический «Китай». Из этого путешествия герой возвращается обновленным, покорным воле Бота-Слова и готовым к последнему духовному освобождению и искуплению.
  • Игорь Головченко
    Имплицитная семантика «пути» в лирическом диалоге Анны Ахматовой и Николая Гумилёва
    Анну Ахматову и Николая Гумилёва связывали не только личные, но и поэтические отношения: супруги обменивались стихотворными репликами. Один из таких лирических диалогов разобран в настоящей статье. В ответ на стихотворение Анны Ахматовой «Сжала руки под темной вуалью» Николай Гумилёв пишет стихотворение «Отравленный», развивая тему и завершая сюжет. При этом тема супружеской ссоры и разлуки у Гумилёва получает развитие как тема смерти и прихода из потустороннего мира мертвого жениха, что получает развитие в более поздних стихотворениях Ахматовой: «На пороге белом рая…» и «Заклинание».
  • Ксения Федотова
    Топонимические эпитеты Николая Гумилёва
    В статье, написанной на материале стихотворений Н. С. Гумилёва, представлен анализ функций и семантики образных определений, относящихся к географическим названиям (топопоэтонимам). Методом сплошной выборки были выделены 206 собственных имен и 77 эпитетов, среди которых преобладали определения, содержащие эмоциональную оценку объектов: безумная Африка («Остров любви»), нежный Восток («Гончарова и Ларионов»), царственный Нигер («Нигер») — и построенные на базе метафоры или метонимии их цветовые характеристики: золотой Багдад («Паломник»), желтый Китай («Я верил, я думал...»), зеленая Сибирь («Сахара»). В генитивных конструкциях эпитет чаще всего относится к главному слову именной группы: золотые ворота Царьграда («Швеция»), зеленые волны Евфрата («Сон Адама»). В перифразах, где опорное слово именует субъект поэтического описания или абстрактное понятие, эпитетом может быть наделено географическое название: вождь золотоносных Микен (т.е. Атрид, «Воин Агамемнона»); царица необозримой Руси (т.е. Москва, «Мужик»), Анализ наиболее употребительных определений (далекий, отдаленный; древний; таинственный) показал, что в поэтическом тексте эпитет реализует несколько словарных значений, а его семантика осложнена контекстуальными коннотациями. Так, эпитет далекий к топопоэтониму Сибирь в стихотворении «Современность» служит, помимо прочего, выражению идеи удаленности во времени, а образ Сибири открывает особое пространство поэтического мира произведения — пространство, где прошлое продолжается в настоящем. В произведении «Галла» идея противопоставления различных культур передана через образ отдаленной и дикой России, как она представлена в речи африканского учителя ислама. Определение древний («Слова на музыку Давыдова», «Родос») в стихотворениях Гумилёва также создает временную перспективу поэтического описания, имеет положительную коннотацию, указывающую на высокую значимость названного топопоэтонимом объекта, а эпитет таинственный (Русь, стихотворение «Старые усадьбы»; озеро Чад, стихотворение «Озеро Чад») имеет дополнительное значение ‘связанный с таинством, волшебством’.
  • Татьяна Сотова
    Сборник стихов «Фарфоровый павильон» Н. С. Гумилёва. мировоззрение китайских поэтов и отношение к ним переводчика
    В статье исследуется сборник стихов Н. С. Гумилёва «Фарфоровый павильон» (1918), в который вошли переводы стихотворений китайских поэтов VII-XIX веков. Проводятся параллели с «китайскими стихотворениями» Н. С. Гумилёва более раннего периода (сборники «Жемчуга» (1910), «Чужое небо» (1912), «Колчан» (1916), а также с творчеством малоизвестной поэтессы Серебряного века М. Лёвберг. Привлекаются сведения из истории китайской поэзии. Аргументируется точка зрения, согласно которой «Фарфоровый павильон» является отражением духовных метаморфоз Гумилёва в 1914-1918 гг.
  • Георгий Косиков
    Готье и Гумилёв
    В 1926 г. в статье «Как родился и умер», справедливо заметив, что высшей наградой для переводчика служит «усвоение переведенной им вещи русской литературой», О. Мандельштам среди немногих примеров назвал «русские „Эмали и камеи“ Теофиля Готье»1 в переводе Николая Гумилёва.
  • Е. Вагин
    Поэтическая судьба и миропереживание Н. Гумилёва
    Н. Гумилёв — явление новое и во многом неожиданное на привычном нам фоне русской литературы.
  • Антон Филатов
    Путешествие к «дальним небесам» мировой культуры: Николай Гумилёв и традиция
    В 2016 году отмечается 13 лет со дня рождения Н. С. Гумилёва, поэта, путешественника и воина. Однако эти затертые штампы часто заслоняют другие ипостаси Гумилёва — чуткого переводчика, мастера формы, смелого новатора, не порывавшего, тем не менее, с литературной традицией.

⌛ Биография и воспоминания

🖋 Стихотворения

📚 Сборники

👥 Чужие стихи

🌐 Переводы

Китайский язык