Храм Твой, Господи, в небесах,
Но земля тоже Твой приют.
Расцветают липы в лесах,
И на липах птицы поют.
Точно благовест Твой, весна
По веселым идет полям,
А весною на крыльях сна
Прилетают ангелы к нам.
Если, Господи, это так,
Если праведно я пою,
Дай мне, Господи, дай мне знак,
Что я волю понял Твою.
Перед той, что сейчас грустна,
Появись, как Незримый Свет,
И на все, что спросит она,
Ослепительный дай ответ.
Ведь отрадней пения птиц,
Благодатней ангельских труб
Нам дрожанье милых ресниц
И улыбка любимых губ.
Впервые: Юг. 1918. № 2 (данные П. Н. Лукницкого, в современных книгохранилищах такое издание не обнаружено); затем Нива. 1918. № 30 (27 июля), без разделения на строфы, с вариантами; «Костёр» (1918), с указанием порядкового номера в заглавии: «Канцона вторая»; «К синей звезде» (Берлин, 1923), с вариантами. Автограф 1 с вариантами — Альбом Струве. Автограф 2 с вариантами — архив Лозинского, рукопись «Костра». Автограф 3 — архив Лозинского, корректура с авторской правкой. Автограф 4 с вариантами — «Канцоны» (копия рукописного сборника, архив Лукницкого). Датируется июлем 1917 г. по местоположению в Альбоме Струве.
Перевод на английский язык («Canzonet 2») — Nikolai Gumilev. Selected Works / Transl. by Burton Raffel and Alla Burago. Albany, 1972. P. 86.
По мнению С. Л. Слободнюка, «линия „огня“, тесно связанная со „звездой“, получает в эти годы трактовку, отличную от периода „Жемчугов“ („огонь“ как носитель смерти): <цит. ст. 17–20>. „Скрытый пламень“ переходит в „огонь“ из преисподней, зажженный „молнией господней“: древние боги, уступившие новой силе, стали дьяволами. Однако характер адского пламени, вставшего до небес, предвещает новые превращения, которые породят не просто синтетическую фигуру, объединяющую „Господа и дьявола“, но и дадут толчок к переосмыслению понятий Добра и Зла» (Слободнюк С. Л. Н. С. Гумилев: Проблемы мировоззрения и поэтики. Душанбе, 1992. С. 56). «Девушка, явившаяся герою „молнией слепительной господней“, обрекает его на муки: <цит. две последние строфы>. Как отсюда видно, адский огненный столп сжигал лирического героя Гумилева за три года до написания поэтом последней книги („Огненного столпа“. — Ред.). Но тогда столп еще не обрел всей мощи» (Там же. С. 82). Ср.: «…в сознательной любви женщины есть еще неожиданность, и молния, и ночь рядом со светом» (Ницше Ф. Так говорил Заратустра. М., 1990. С. 51). О. Б. Черненьковой была предпринята попытка сопоставления этого стихотворения со стихотворением Г. Р. Державина «Дар». По её мнению, последняя строфа стихотворения Гумилёва как бы завершает державинскую мысль: «Я доволен света Бог / Даром сим твоим небесным / Я богатым быть не мог, / Но я мил женам прелестным» (Черненькова О. Б. Державин и Гумилев // Творчество Г. Р. Державина: проблемы изучения и преподавания. Материалы юбилейной межвузовской конференции 14–16 сент. 1993 г. Тамбов, 1993. С. 106). Размышляя о герое зрелой лирики Гумилёва, Э. Папля замечает, что ему «незачем было отправляться в потусторонние миры в поисках sacrum. Господь говорил с ним на доступном каждому смертному языке Своего Творения, не пугая ни демонами, ни адскими муками. Характерно, что <...> у Гумилева не появляется диавол, зато ангелы тихо парят над весенними полями, а серафимы участвуют едва ли не в каждом сражении <...> Обыкновенный пейзаж полон знаков Божьего присутствия: <цит. ст. 1–8>» (Папля Э. Homo peregrinans в лирике Николая Гумилева // Nikolaj Gumilev. 1886–1986. Berkeley Slavic Specialties, 1987. С. 222–223). «Поэт вынужден опираться на „знаменья свыше“ для подтверждения ценности его собственных жестов» — так комментирует это стихотворение Р. Эшельман (Eshelman R. Nikolaj Gumilev and Neoclassical Modernism: The Metaphysics of Style. Frankfurt am Main, 1993. P. 78); см. также: Eshelman R. «Daj mne, Gospodi, znak»: Das Kryptische in Gumilevs akmeistischer Dichtung // Wiener Slawistischer Almanach. Bd. 21. 1988. S. 23–37.
В экземпляре, подаренном Гумилёвым Блоку, ст. 3 подчёркнут Блоком. Против — надпись: «редко» (Библиотека А. А. Блока: Описание. Кн. 1. Л., 1984. С. 253).
Альбом Струве — альбом стихов, составленный Гумилёвым в 1917–1918 гг. и оставленный им Б. В. Анрепу перед отъездом из Лондона в Россию; ныне в архиве Г. П. Струве в Гарварде (США).
Источник: «Полное собрание сочинений В 10 томах. Издательство: М.: Воскресенье».
