У цыган

  • Дата написания:

Толстый, качался он, как в дурмане,
Зубы блестели из-под хищных усов,
На ярко-красном его доломане
Сплетались узлы золотых шнуров.

Струна… и гортанный вопль… и сразу
Сладостно так заныла кровь моя,
Так убедительно поверил я рассказу
Про иные, родные мне, края.

Вещие струны — это жилы бычьи,
Но горькой травой питались быки,
Гортанный голос — жалобы девичьи
Из-под зажимающей рот руки.

Пламя костра, пламя костра, колонны
Красных стволов и оглушительный гик,
Ржавые листья топчет гость влюбленный,
Кружащийся в толпе бенгальский тигр.

Капли крови текут с усов колючих,
Томно ему, он сыт, он опьянел,
Ах, здесь слишком много бубнов гремучих,
Слишком много сладких, пахучих тел.

Мне ли видеть его в дыму сигарном,
Где пробки хлопают, люди кричат,
На мокром столе чубуком янтарным
Злого сердца отстукивающим такт?

Мне, кто помнит его в струге алмазном,
На убегающей к Творцу реке,
Грозою ангелов и сладким соблазном,
С кровавой лилией в тонкой руке?

Девушка, что же ты? Ведь гость богатый,
Встань перед ним, как комета в ночи,
Сердце крылатое в груди косматой
Вырви, вырви сердце и растопчи.

Шире, всё шире, кругами, кругами
Ходи, ходи и рукой мани,
Так пар вечерний плавает лугами,
Когда за лесом огни и огни.

Вот струны-быки и слева и справа,
Рога их — смерть, и мычанье — беда,
У них на пастбище горькие травы,
Колючий волчец, полынь, лебеда.

Хочет встать, не может… кремень зубчатый,
Зубчатый кремень, как гортанный крик,
Под бархатной лапой, грозно подъятой,
В его крылатое сердце проник.

Рухнул грудью, путая аксельбанты,
Уже ни пить, ни смотреть нельзя,
Засуетились официанты,
Пьяного гостя унося.

Что ж, господа, половина шестого?
Счет, Асмодей, нам приготовь!
— Девушка, смеясь, с полосы кремневой
Узким язычком слизывает кровь.



Теги:

Автограф

  • Фрагмент чернового варианта стихотворения «Цыганский табор» | Николай Гумилёв

Материалы к стихотворению:

О Гумилёве…

  • Павел Паздников.
    Мифопоэтические аспекты стихотворения Н. Гумилёва «У цыган»
    В анализе мифопоэтического своеобразия Н. С. Гумилёва нельзя обойти вниманием самое загадочное произведение «Огненного столпа» — стихотворение «У цыган» (1920). Несмотря на то, что это стихотворение является одним из ключевых для понимания философии позднего Гумилёва и стоит наравне с такими шедеврами как «Заблудившийся трамвай» и «Слово», оно до сих пор изучено недостаточно и смысл его остается затемненным.

Переводы:

Английский язык


А вот еще у Гумилёва:

Какое счастье в Ваш альбом…

Какое счастье в Ваш альбом / Вписать случайные стихи. / Но ах! Узнать о ком, о чем, - / Мешают мне мои грехи.

Юдифь

Какой мудрейшею из мудрых пифий / Поведан будет нам нелицемерный / Рассказ об иудеянке Юдифи, / О вавилонянине Олоферне? Ведь много дней томилась Иудея, / Опалена горячими ветрами, / Ни спорить, ни покорствовать не смея, / Пред красными, как зарево, шатрами. Сатрап был мощен и прекрасе...

Какою музыкой мой слух взволнован...

Какою музыкой мой слух взволнован? / Чьим странным обликом я зачарован? Душа прохладная, теперь опять / Ты мне позволила желать и ждать. Душа просторная, как утром даль, / Ты убаюкала мою печаль. Ее, любившую дорогу в храм, / Сложу молитвенно к твоим ногам. Всё, всё, что искрилось в моей...

Кармен худа, коричневатый…

Кармен худа, коричневатый / Глаза ей сумрак окружил. / Зловещи кос ее агаты, / Сам дьявол кожу ей дубил. Урод - звучит о ней беседа, / Но все мужчины взяты в плен. / Архиепископ из Толедо / Пел мессу у ее колен. Над темно-золотым затылком / Шиньен огромен и блестящ, / Распущенный д...

Охота

Князь вынул бич и кинул клич - / Грозу охотничьих добыч, И белый конь, душа погонь, / Ворвался в стынущую сонь. Удар копыт в снегу шуршит, / И зверь встает, и зверь бежит, Но не спастись ни в глубь, ни в высь, / Как змеи, стрелы понеслись. Их легкий взмах наводит страх / На неуклюжих р...

Воспоминание

Когда в полночной тишине / Мелькнет крылом и крикнет филин, / Ты вдруг прислонишься к стене, / Волненьем сумрачным осилен. О чем напомнит этот звук, / Загадка вещая для слуха? / Какую смену древних мук, / Какое жало в недрах духа? Былое память воскресит, / И снова с плачем похоронит ...