В библиотеке

  • Дата написания:
М. Кузмину

О, пожелтевшие листы
В стенах вечерних библиотек,
Когда раздумья так чисты,
А пыль пьянее, чем наркотик!

Мне нынче труден мой урок.
Куда от странной грезы деться?
Я отыскал сейчас цветок
В процессе древнем Жиль де Реца.

Изрезан сетью бледных жил,
Сухой, но тайно благовонный…
Его, наверно, положил
Сюда какой-нибудь влюбленный.

Еще от алых женских губ
Его пылали жарко щеки,
Но взор очей уже был туп,
И мысли холодно-жестоки.

И, верно, дьявольская страсть
В душе вставала, словно пенье,
Что дар любви, цветок, увясть
Был брошен в книге преступленья.

И после, там, в тени аркад,
В великолепьи ночи дивной
Кого заметил тусклый взгляд,
Чей крик но слышался призывный?

Так много тайн хранит любовь,
Так мучат старые гробницы!
Мне ясно кажется, что кровь
Пятнает многие страницы.

И терн сопутствует венцу,
И бремя жизни — злое бремя…
Но что до этого чтецу,
Неутомимому, как время!

Мои мечты… они чисты,
А ты, убийца дальний, кто ты?!
О, пожелтевшие листы,
Шагреневые переплеты!


Переводы:

Чешский язык


А вот еще у Гумилёва:

Синяя звезда

Я вырван был из жизни тесной, / Из жизни скудной и простой, / Твоей мучительной, чудесной, / Неотвратимой красотой. И умер я... и видел пламя, / Невиданное никогда: / Пред ослепленными глазами / Светилась синяя звезда. Преображая дух и тело, / Напев вставал и падал вновь, / То гово...

Предложенье

Я говорил - ты хочешь, хочешь? / Могу я быть тобой любим? / Ты счастье странное пророчишь / Гортанным голосом своим. А я плачу за счастье много, / Мой дом - из звезд и песен дом, / И будет сладкая тревога / Расти при имени твоем. "И скажут - что он? Только скрипка, / Покорно плачущая...

Я до сих пор не позабыл…

Я до сих пор не позабыл / Цветов в задумчивом раю, / Песнь ангелов и блеск их крыл, / Ее, избранницу мою. Стоит ее хрустальный гроб / В стране, откуда я ушел, / Но так же нежен гордый лоб, / Уста - цветы, что манят пчел. Я их слезами окроплю / (Щадить не буду я свое), / И станет ро...

Ужас

Я долго шел по коридорам, / Кругом, как враг, таилась тишь. / На пришлеца враждебным взором / Смотрели статуи из ниш. В угрюмом сне застыли вещи, / Был странен серый полумрак, / И точно маятник зловещий, / Звучал мой одинокий шаг. И там, где глубже сумрак хмурый, / Мой взор горящий б...

Тот другой

Я жду, исполненный укоров: / Но не веселую жену / Для задушевных разговоров / О том, что было в старину. И не любовницу: мне скучен / Прерывный шепот, томный взгляд, - / И к упоеньям я приучен, / И к мукам горше во стократ. Я жду товарища, от Бога / В веках дарованного мне / За то,...

Современность

Я закрыл Илиаду и сел у окна, / На губах трепетало последнее слово, / Что-то ярко светило - фонарь иль луна, / И медлительно двигалась тень часового. Я так часто бросал испытующий взор / И так много встречал отвечающих взоров, / Одиссеев во мгле пароходных контор, / Агамемнонов между тр...

Она

Я знаю женщину: молчанье, / Усталость горькая от слов, / Живет в таинственном мерцаньи / Ее расширенных зрачков. Ее душа открыта жадно / Лишь медной музыке стиха, / Пред жизнью дольней и отрадной / Высокомерна и глуха. Неслышный и неторопливый, / Так странно плавен шаг ее, / Назват...

Деревья

Я знаю, что деревьям, а не нам, / Дано величье совершенной жизни, / На ласковой земле, сестре звездам, / Мы - на чужбине, а они - в отчизне. Глубокой осенью в полях пустых / Закаты медно-красные, восходы / Янтарные окраске учат их, - / Свободные, зеленые народы. Есть Моисеи посреди дуб...

Возвращение

Я из дому вышел, когда все спали, / Мой спутник скрывался у рва в кустах, / Наверно на утро меня искали, / Но было поздно, мы шли в полях. Мой спутник был желтый, худой, раскосый. / О, как я безумно его любил! / Под пестрой хламидой он прятал косу, / Глазами гадюки смотрел и ныл. О ста...