Эзбекие

  • Дата написания:

Как странно — ровно десять лет прошло
С тех пор, как я увидел Эзбекие,
Большой каирский сад, луною полной
Торжественно в тот вечер освещенный.

Я женщиною был тогда измучен,
И ни соленый, свежий ветер моря,
Ни грохот экзотических базаров,
Ничто меня утешить не могло.
О смерти я тогда молился Богу
И сам ее приблизить был готов.

Но этот сад, он был во всем подобен
Священным рощам молодого мира:
Там пальмы тонкие взносили ветви,
Как девушки, к которым Бог нисходит.
На холмах, словно вещие друиды,
Толпились величавые платаны,

И водопад белел во мраке, точно
Встающий на дыбы единорог;
Ночные бабочки перелетали
Среди цветов, поднявшихся высоко,
Иль между звезд, — так низко были звезды,
Похожие на спелый барбарис.

И, помню, я воскликнул: «Выше горя
И глубже смерти — жизнь! Прими, Господь,
Обет мой вольный: что бы ни случилось,
Какие бы печали, униженья
Ни выпали на долю мне, не раньше
Задумаюсь о легкой смерти я,
Чем вновь войду такой же лунной ночью
Под пальмы и платаны Эзбекие».

Как странно — ровно десять лет прошло,
И не могу не думать я о пальмах,
И о платанах, и о водопаде,
Во мгле белевшем, как единорог.
И вдруг оглядываюсь я, заслыша
В гуденьи ветра, в шуме дальней речи
И в ужасающем молчаньи ночи
Таинственное слово — Эзбекие.

Да, только десять лет, но, хмурый странник,
Я снова должен ехать, должен видеть
Моря, и тучи, и чужие лица,
Все, что меня уже не обольщает,
Войти в тот сад и повторить обет
Или сказать, что я его исполнил
И что теперь свободен…


Материалы к стихотворению:

Галерея

Критика


Переводы:

Английский язык

Немецкий язык


А вот еще у Гумилёва:

Рыцарь с цепью

Слышу гул и завыванье призывающих рогов, / И я снова конквистадор, покоритель городов. Словно раб, я был закован, жил, униженный, в плену, / И забыл, неблагодарный, про могучую весну. А она пришла, ступая над рубинами цветов, / И, ревнивая, разбила сталь мучительных оков. Я опять иду по ска...

Воин Агамемнона

Смутную душу мою тяготит / Странный и страшный вопрос: / Можно ли жить, если умер Атрид, / Умер на ложе из роз? Все, что нам снилось всегда и везде, / Наше желанье и страх, / Все отражалось, как в чистой воде, / В этих спокойных очах. В мышцах жила неска...

Укротитель зверей

Снова заученно-смелой походкой / Я приближаюсь к заветным дверям, / Звери меня дожидаются там, / Пестрые звери за крепкой решеткой. Будут рычать и пугаться бича, / Будут сегодня еще вероломней / Или покорней... не все ли равно мне, / Если я молод и кровь горяча? Только... я вижу все ча...

Опять прогулка

Собиратели кувшинок, / Мы отправились опять / Поблуждать среди тропинок, / Над рекою помечтать. Оля правила. Ленивый, / Был нежданно резв Силач, / На Голубке торопливой / Поспевал я только вскачь. И со мной, хоть осторожно, / Оля ласкова была, / С шарабана это можно, / Но не так ...

Искусство

Созданье тем прекрасней, / Чем взятый материал / Бесстрастней - / Стих, мрамор иль металл. О светлая подруга, / Стеснения гони, / Но туго / Котурны затяни. Прочь легкие приемы, / Башмак по всем ногам, / Знакомый / И нищим, и богам. Скульптор, не мни покорной / И вялой глины ко...

Выбор

Созидающий башню сорвется, / Будет страшен стремительный лет, / И на дне мирового колодца / Он безумье свое проклянет. Разрушающий будет раздавлен, / Опрокинут обломками плит, / И, Всевидящим Богом оставлен, / Он о муке своей возопит. А ушедший в ночные пещеры / Или к заводям тихой р...

Солнце бросило для нас…

Солнце бросило для нас / И для нашего мученья / В яркий час, закатный час, / Драгоценные каменья. Да, мы дети бытия, / Да, мы солнце не обманем, / Огнезарная змея / Проползла по нашим граням. Научивши нас любить, / Позабыть, что все мы пленны, / Нам она соткала нить, / Нас связав...

Пиза

Солнце жжет высокие стены, / Крыши, площади и базары. / О, янтарный мрамор Сиены / И молочно-белый Каррары! Все спокойно под небом ясным; / Вот, окончив псалом последний, / Возвращаются дети в красном / По домам от поздней обедни. Где ж они, суровые громы / Золотой тосканской равнины...

После победы

Солнце катится, кудри мои золотя, / Я срываю цветы, с ветерком говорю. / Почему же не счастлив я, словно дитя, / Почему не спокоен, подобно царю? На испытанном луке дрожит тетива, / И все шепчет, и шепчет сверкающий меч. / Он, безумный, еще не забыл острова, / Голубые моря нескончаемых ...