Содержание

Примечания

Лукницкий и Давидсон о попытке самоубийства в Египте 1908 г., письмо Шварсалон из Каира 1909 г., Ахматова о «золотой двери», Медведев, Верховский о «маленькой поэме», Давидсон о книге «23 000 миль на яхте „Тамара“», Дохерти о саде-рае.

Комментарий к стихотворению «Эзбекие».

Источником этого стихотворения является биографический факт. В «Трудах и днях» П. Н. Лукницкого имеется запись об этих событиях: «1908. Осень. Все время в подавленном состоянии. Преследуем мыслью о самоубийстве. Поездка в Египет связана с ней. По-видимому, в Египте была сделана попытка самоубийства (последняя в его жизни). Поездка в Египет резко повлияла на его отношение к самоубийству. С этого времени Н. Г. не возвращался к мысли о нем и относится к нему весьма отрицательно». «Хотел покончить с собой вдали от родины» (цит. по: Давидсон А. Муза странствий Николая Гумилева. М., 1992. С. 47). По мнению Н. А. Богомолова, «сходные настроения (хотя отчасти и пародируемые) заметны в письме Гумилева к В. К. Шварсалон из Каира (декабрь 1909 г.)» (Гумилев Н. С. Сочинения: В 3 т. Т. 1. М., 1991. С. 528): «Здесь очень хорошо. Каждый вечер мне кажется, что я или вижу сон, или наоборот проснулся в своей родине. В Каире, вблизи моего отеля есть сад, устроенный на английский лад, с искусственными горами, гротами, мостами из цельных деревьев. Вечером там почти никого нет, и светит большая бледно-голубая луна. Там дивно хорошо. Но каждый день мне приходит в голову ужасная мысль, которую я, конечно, не приведу в исполнение, — это отправиться в Александрию и там не утопиться, подобно Антиною, а просто сесть на корабль, идущий в Одессу. Я чувствую себя очень одиноким и до сих пор мне не представилось ни одного случая выпрямиться во весь рост (это не самомнение, а просто оборот речи)» (Неизвестные письма Н. С. Гумилева / Публ. Р. Д. Тименчика // Известия АН СССР. Сер. литературы и языка. Т. 46. 1987. № 1. С. 68). Ахматова писала в заметках о Гумилёве: «А путешествия были вообще превыше всего и лекарством от всех недугов <цит. „Эзбекие“>. И все же и в них он как будто теряет веру (временно, конечно). Сколько раз он говорил мне о той „золотой двери“, которая должна открыться перед ним где-то в недрах его блужданий, а когда вернулся в 1913, признался, что „золотой двери“ нет. Это было страшным ударом для него» («Самый непрочитанный поэт»: Заметки Анны Ахматовой о Николае Гумилеве / Публ., сост., прим. В. А. Черных // Новый мир. 1990. № 5. С. 223). В рецензии на сборник «Костёр» П. Н. Медведев, отмечая «эпический элемент», присущий всей книге, обращал внимание на «сосредоточенно-экзотические образы» этого стихотворения (Медведев П. Н. Гумилев. «Костер» // Записки Передвижного Общедоступного театра. Пг., 1919. Вып. 24–25. С. 15). Ю. Н. Верховский, развивая мысль об эпичности творчества зрелого Гумилёва, писал: «Эта маленькая поэма имеет в наших глазах чрезвычайно существенное значение — в смысле того синтеза, о котором мы говорили по поводу „Паломника“: и внешним образом, как стройный синтез лично-лирического, и внутренне — как некое гармоническое слияние онтологической основы с миром вещей или, иначе, душевно-музыкального с красочно-пластическим восприятием чувственного мира. Такой синтез, как основное, наполняет глубоким одушевлением зрелое эпическое творчество Гумилева» (Верховский Ю. Н. Путь поэта // Современная литература. Л., 1925. С. 137).

А. Давидсон высказывает предположение, что Гумилёв «читал описание этого сада в роскошно изданном томе, на титуле которого значилось „23 000 миль на яхте ‚Тамара‘. Путешествие их Императорских Высочеств Великих Князей Александра и Сергея Михайловичей в 1890–1891 г.“». В книге говорилось о бесчисленных растениях каирского сада, «совершенно неизвестных» европейцам, и о зданиях, «окружающих этот прекрасный, обнесенный железной решеткой сад» (Давидсон А. Муза странствий Николая Гумилева. М., 1992. С. 46). По наблюдению Д. Дохерти, в образе сада намечается характерное для Гумилёва сочетание христианской символики с исламской, в которой сад олицетворяет будущий рай (Doherty J. Three Poetic Responses to the Death of Nikolai Gumilev // Slavonica. 1996–1997. № 3/2. P. 39).

Альбом Струве — альбом стихов, составленный Гумилёвым в 1917–1918 гг. и оставленный им Б. В. Анрепу перед отъездом из Лондона в Россию; ныне в архиве Г. П. Струве в Гарварде (США).

Источник: «Полное собрание сочинений В 10 томах. Издательство: М.: Воскресенье».