• Язык:
    Чешский (Čeština)

Rozhovor

Když západ posledním svým paprskem se loučí,

jenž bleskne, skryje se a my nevíme kde,

pak duše vstane a jak náměsíčník bloudí

náměstím bez lidí, ve zpustlé zahradě.

Jest jejím celý svět — andělům, ptákům ani

nemusí závidět v tišině aleje.
Však tělo zlobí se, a jak se vleče za ní,

své stesky zamračeně zemi žaluje:

«Jak pěkně bylo by teď v kavárně, kde živo,
plynové jazyky kde syčí nad hlavou,
poslouchat zpěvačku, srkaje světlé pivo,
«La p’tite Tonkinoise» jak zpívá do davu.

Nad stoly vesele už poletují karty,

utišující lék všech k smrti znuděných.
Mně rozkoš působí hromádky peněz zlatých,
horkýma rukama když dotýkám se jich.

Jen považ, jak je mi, když s posedlou tou duší

jen hlasům smyšleným teď naslouchat bych měl,
na hvězdy dívat se, co zcela jednoduše
jak hrstku drobných Bůh po nebi rozházel.»

A země chvílemi jen soucitně si vzdychá,

a smůlou, travami a prachem zavoní,

o duši vzbouřené přemýšlí chvíli zticha,

o jejím vítězství — jak smířit tělo s ní?

«V můj klín se navrať zas, buď hlinou nebo jílem,

v močálu hlubině na chladném, kluzkém dně,

a místo vyhledej si od Něvy až k Nilu,

kde srdce umdlené si navždy oddechne.

Tvé oči, uši tvé navěky uzamčeny,

zpráchniví mozek tvůj, jenž soupeři se vzdal,

a jednou, ve zvíře či ve strom proměněný

vyrosteš ze mne zas, bys k žití znovu vstal.»

Jde duše stále vpřed, svůj osud hrdě nese,
jde k cílům vysněným, k svým polím zlatých žní,
a tělo ubohé vždy za ní rozběhne se,
když země zetlelá vábivé zavoní.

Перевод стихотворения Николая Гумилёва «Разговор» на Чешский язык.

Разговор

Георгию Иванову

Когда зеленый луч, последний на закате,
Блеснет и скроется, мы не узнаем где,
Тогда встает душа и бродит, как лунатик,
В садах заброшенных, в безлюдьи площадей.

Весь мир теперь ее, ни ангелам ни птицам
Не позавидует она в тиши аллей.
А тело тащится вослед и тайно злится,
Угрюмо жалуясь на боль свою земле.

— «Как хорошо теперь сидеть в кафе счастливом,
Где над людской толпой потрескивает газ,
И слушать, светлое потягивая пиво,
Как женщина поет «La p'tite Tonkinoise».

— «Уж карты весело порхают над столами,
Целят скучающих, миря их с бытием.
Ты знаешь, я люблю горячими руками
Касаться золота, когда оно мое».

— «Подумай, каково мне с этой бесноватой,
Воображаемым внимая голосам,
Смотреть на мелочь звезд; ведь очень небогато
И просто разубрал Всевышний небеса». —

Земля по временам сочувственно вздыхает,
И пахнет смолами, и пылью, и травой,
И нудно думает, но все-таки не знает,
Как усмирить души мятежной торжество.

— «Вернись в меня, дитя, стань снова грязным илом,
Там, в глубине болот, холодным, скользким дном.
Ты можешь выбирать между Невой и Нилом
Отдохновению благоприятный дом».

— «Пускай ушей и глаз навек сомкнутся двери,
И пусть истлеет мозг, предавшийся врагу,
А после станешь ты растеньем или зверем…
Знай, иначе помочь тебе я не могу». —

И все идет душа, горда своим уделом,
К несуществующим, но золотым полям,
И все спешит за ней, изнемогая, тело,
И пахнет тлением заманчиво земля.


Другие переводы:

  • Китайский
    Чжэншуо Чжан
    谈话

А вот еще:

The Octave

No whisper of a midnight distance, / Nor when a mother sang a tune - / We've never understood an instance, / Which's worth being better understood. / The symbol of the Father's greatness - / A kind of gracious advice - / To you, the Poet, is presented: / Your tongue is tied, your speec...

War

To M. M. Chichagov / / Like a dog that strains on heavy halter / Rifle yaps across the forest now, / Bee-like, buzzing shrapnel doesn’t falter, / Gathering bright red honey from the bough. / / In the distance, though, "Hurrah" is sounding / Like the reapers’ singing wh...

The tip of willow tree was blackened...

The tip of willow tree was blackened, / For rooks protruded from its crown, / In azure sky-dale there they slackened - / The sheepish clouds grazed on its down. / And you, with gaze of resignation, / Announced: "I am in love with you." / Like sea was grass’s oscillation, / At one...

Evening

How thick, how wingless an evening! / A sunset like a cracked melon. / / You almost want to shove / those limp clouds along. / / Slow evenings like this, / coachmen whip their horses to a gallop, / / Fishermen tear at the waves with their oars, / woodsmen chop like mad / / ...

It Wasn’t Living

It wasn’t living, I wasted / half my life / - and then, Lord, You came to me / like this, in an impossible dream. / / I see light on Mount Tabor / and my heart hurts / with love for the land and the sea / and the whole tree-dark dream of existence, / / My heart hurts tha...

Did I Murder My Father

Did I murder my father, murder my mother, / in some other life ? / Yes, oh immortal, eternal God, yes! or how / could I deserve this disgrace of suffering? / / I lead a life as peaceful as death, / everything I do belongs to someone else, nothing / to me-except a languid, worthless, /...