Mine lesere

En gammel vagabond i Addis Abéba,
Som hadde beseiret mange stammer,
Sendte sin svarte spydbærer til meg,
Og hilste meg med mine egne dikt.
En løytnant som hadde ført kanonbåter
Under fiendtlige batteriers ild,
Leste mine dikt utenat for meg
En hel natt i det sydlige hav.
En mann som i folkemengden hadde skutt
Keiserens ambassadør,
Kom for å trykke min hånd
Og takke meg for mine dikt.

De er mange, sterke, lystige, onde,
Elefanters og menneskers banemenn,
Som døde av tørst i ørkenen,
Som frøs i hjel i polarisen.
I troskap mot vår sterke,
Lystige og onde planet.
De bærer mine bøker i saltaskene,
De leser dem i palmelundene,
Og forlater dem på synkende skip.

Jeg krenker dem ikke med nervøse utbrudd,
Fornedrer dem ikke med sjelelig varme,
Tretter dem ikke med megetsigende
Hentydninger til innholdet
Av et tomt eggeskall.
Men når kulene plystrer omkring dem,
Når havet slår skipssiden inn,
Lærer jeg dem å ikke frykte,
Å ikke frykte og gjøre sin plikt.

Og når kvinnen med det skjønne ansikt,
Det eneste kjære ansikt i verden,
Sier: «Jeg elsker deg ikke»,
Lærer jeg dem å gå med et smil,
For aldri å komme tilbake.

Og når deres siste time er nær,
Når den røde tåken slører blikket,
Lærer jeg dem straks å minnes
Hele sitt grusomme, kjære liv,
Hele den forunderlige, hjemlige jord,
Og når de står for Guds ansikt,
Med enkle og vise ord
Å vente rolig på hans dom.

Мои читатели

Старый бродяга в Аддис-Абебе,
Покоривший многие племена
Прислал ко мне черного копьеносца
С приветом, составленным из моих стихов.
Лейтенант водивший канонерки
Под огнем неприятельских батарей,
Целую ночь над южным морем
Читал мне на память мои стихи.
Человек, среди толпы народа
Застреливший императорского посла,
Подошел пожать мне руку,
Поблагодарить за мои стихи.

Много их, сильных злых и веселых,
Убивавших слонов и людей,
Умиравших от жажды в пустыне,
Замерзавших на кромке вечного льда,
Верных нашей планете,
Сильной, весёлой и злой,
Возят мои книги в седельной сумке,
Читают их в пальмовой роще,
Забывают на тонущем корабле.

Я не оскорбляю их неврастенией,
Не унижаю душевной теплотой,
Не надоедаю многозначительными намеками
На содержимое выеденного яйца.
Но когда вокруг свищут пули,
Когда волны ломают борта,
Я учу их, как не бояться,
Не бояться и делать, что надо.

И когда женщина с прекрасным лицом,
Единственно дорогим во вселенной,
Скажет: я не люблю вас —
Я учу их, как улыбнуться,
И уйти, и не возвращаться больше.
А когда придет их последний час,
Ровный, красный туман застелет взоры,
Я научу их сразу припомнить
Всю жестокую, милую жизнь,
Всю родную, странную землю
И, представ перед ликом Бога
С простыми и мудрыми словами,
Ждать спокойно его суда.