Воспоминания

  • Дата:
Материалы по теме:

Биография и воспоминания Галерея
теги: современники, любовь

(от­рыв­ки из кни­ги)
Мои многочисленные студии, музыкальные и театральные впечатления обогащали мое мировоззрение, расширяли горизонты и художественную впечатлительность. Только и сама жизнь, жизнь, как говорится, личная, имела свои прелести, я — во всяком случае — не отказывалась от того, что для каждой молодой девушки составляет очарование, поэзию и красоту этой жизни.

Поэтому, хотя и реже других, но я бывала на танцевальных вечеринках у подружек-смолянок1, с которыми поддерживала сердечные отношения. Несколько раз в течение зимы танцевали и у нас. Я бывала также и танцевала в доме Козловских, родителей моей ритмистки Шуши, где я впервые и встретила Кшесинского. Через год-два круг моих знакомых заметно расширился. Жорж, который уже серьезно начал пробовать свои силы в поэзии и издал первый томик своих стихов2, завлек в наш дом молодых поэтов. Мама позволила нам иметь jour-fixe, день приемов, и каждый понедельник по вечерам у нас всегда бывало по десять-пятнаддать гостей. Играли, пели, читали стихи, спорили. О, это были воистину очаровательные вечера. Всегда бывала Анна Ахматова, Михаил Кузмин, Николай Гумилев, Георгий Иванов. Бывал также Бальмонт с сыном Никой и падчерицей Аней Энгельгардт3, а что за праздник был, когда приходил Александр Блок. Помню, как Жорж привел молодого паренька с голубыми глазами, выгоревшими волосами, одетого по-крестьянски, это был Сергей Есенин. Мой кузен, Димка Бушен, в то время — ученик Академии искусств, приглашал своих коллег, молодых художников, которые зачастую делали эскизы портретов наиболее знаменитых наших гостей. (...)

Приходили и играли Лурье, Ирена Энери4 и — когда бывал в Петербурге — Николай Орлов. У наших вечеров была артистическая, дружеская атмосфера, и хотя моя сестра Габриэль и я, быть может, и составляли для некоторых особ своего рода магнит, то все же, а это — самое важное — объединяла нас всех общая приверженность искусству.

(...)

Как я уже рассказывала, занятий у меня было очень много, едва хватало дня, чтобы всюду поспеть, со всем сладить. А со временем я стала использовать и поздние, почти ночные часы, чтобы еще что-то увидеть, послушать, попросту посидеть с интересными людьми. Я стала бывать с Жоржем в кабаре «Бродячая собака»5. Это был своего рода клуб, он помещался в подвалах Михайловского театра, где оборудовали место встречи представителей искусства. Стены были ярко раскрашены лучшими художниками, вдоль стен — мягкие диваны, посредине столики и табуреты, в глубине небольшая эстрада, свет сильно пригашен, окошки завешены. Два таких подвала были «салонами», третий — кухонькой. Хозяином здесь был обаятельный, вечно пьяный, взъерошенный Борис Пронин со своим неотступным песиком «Мушкой». Преобладала группа поэтов и художников, но бывали и музыканты, и танцовщики, чаще всего — Карсавина и Семенов. Собирались после театральных спектаклей, около одиннадцати. Блок, Ахматова, Брюсов, Бальмонт, Есенин читали здесь свои новые стихи. Их слушали в набожной тишине, потом обсуждали, дискутировали. У всех них была одинаковая манера чтения: абсолютно монотонная, немного нараспев, всегда угрюмая. Иногда читал стихи и Игорь Северянин, но его выступления принимались скорее с большой иронией. Мелодекламировал модный тогда Вертинский.

Эти вечера были окрашены для меня необычайным очарованием, я поглощала эту удивительную атмосферу «богемы» столь новую и чуждую для юной смолянки. Я была введена сюда Жоржем и группой поэтов, произошло много новых знакомств. Через два часа подвалы бывали так задымлены, что приходилось прерывать выступления и открывать окошки, хотя это и мало помогало. Алкоголя тоже не жалели, и обычно, когда уже после полуночи становилось веселее, я возвращалась с Жоржем домой. Катание на санях, скрипучий снег, ясный морозный воздух, все это оставило во мне незабываемые, полные поэзии воспоминания.

(...)

Примечания:

Высоцкая (в девичестве Адамович) Татьяна Викторовна (1892–1970) — сестра Г. В. Адамовича, известная балерина, создатель собственной балетной школы. Подруга Гумилева, ей посвящена книга стихов «Колчан».

Печатается по книге: Tacjanna Wysocka. Wspomnienia. Warszawa, 1962. С. 115–116, 118 (Перевод Я. В. Станюкович).

1. Смолянки — воспитанницы Смольного института для благородных девиц.

2. Ошибка мемуариста. Первый сборник стихов Г. Адамовича «Облака» вышел в 1916 г., т. е. после описываемых событий.

3. Чрезвычайно любопытное свидетельство: возможно, здесь и произошло знакомство Гумилева со своей будущей второй женой. По данным Ю. Г. Оксмана, встреча Гумилева и Энгельгардт произошла в 1917 г. (со слов М. Л. Лозинского, который утверждал, что он познакомил их на своем докладе о Брюсове). П.Н. Лукницкий уточнил дату вечера — 14 мая 1916 г. Воспоминания Т. В. Высоцкой относятся к более раннему времени (см. об этом: Лукницкая, с. 58).

4. Быть может, об этих вечерах Гумилев вспоминал в своих военных стихах «Священные плывут и тают ночи...» (С. 403):

Когда промчится, вихрь, заплещут воды,
Зальются птицы в чаяньи зари,
То слышится в гармонии природы
Мне музыка Ирины Энери.

5. О «Бродячей собаке» см. комментарий 7 к воспоминаниям Е. Д. Кардовской (с. 229 наст. изд.). Упоминание о выступлениях Блока — ошибка мемуариста.

Материалы по теме:

Биография и воспоминания

Галерея