Каменья

  • Дата:

Земли лучей, не мучимой ветрами,
Счастливый гость, тебе легко идти
Ее лугов широкими коврами,
Где возросли на медленном пути,
Как лилии, не знающие тленья,
Прозрачные и ясные каменья.

Ты их берешь с уступчивых стеблей,
И пальцам нежны влажные кристаллы.
Они струят то свежий вздох полей,
То луч луны, то бархат крови алый,
Они зовут ненасытимый взгляд
К безмолвию волнующих услад.

Когда ты вступишь в море тьмы бездонной,
Их тайный луч тебя увеселит.
Ты будешь жить их жизнью потаенной,
Их малый мир желанья покорит
Еще нежней, еще пьяней и глуше,
Чем женские мерцающие души.

Настанут дни: кудесник и певец,
Ты будешь царь среди племен беспечных.
Ты замутишь певучий ключ сердец
Обетом далей, пламенных и вечных,
Своих волшебств раздаривая ложь.
И от людей, как Божий гость, уйдешь.

В конце путей, где все светло и немо,
Тебе в глаза плеснут беззвучный вал
Высоких башен белого Эдема,
Венец земли, венец последних скал.
Но отстранит многоочитый воин
Того, чей взор устал и недостоин.

Ты не любил, тебе не снился свет,
Единый свет, там, в самом сердце Рая,
Ты созидал многообразный бред,
Эдемский луч дробя и искажая, —
И ты замрешь у непорочных врат,
Как блудный сын, забывший путь назад.


А вот еще:

Как Гумилёв — на львиную охоту…

Ирина Пунина

Как Гумилёв - на львиную охоту, / Я отправляюсь в город за тобой: / Даны мне копья - шпилей позолота - / И, на снегу, песок еще сухой, / / И чернокожие деревья в дымной / Дали, и розовый гранитный ларь, - / И там, где лег большой пустыней Зимний, / Скитаюсь, петербургская Агарь...

На смерть Н. Гумилёва

Вениамин Иофе

Кровь ключом захлещет на сухую / Пыльную и мятую траву. / Н. Гумилёв / Нет, ничем, ничем не смыть позора, / Даже счастьем будущих веков! / Был убит Шенье 8-го термидора, / 23-го августа - Гумилёв. / / И хотя меж ними стало столетье / Высокой стеною звонких дней, / Но вспыхнули...

Песнь торжественная на возвращение Гумилёва из путешествия в Абиссинию (в 1911 г.)

Игорь Шауб

Братья, исполнимте радостный танец! / Прибыл в наш край из-за дальнего Понта, / Славу затмить мексиканца, Бальмонта, / С грузом стихов Гумилёв - африканец! / / Трон золотой короля Менелика / Гордо отринув, привез он с собою / Пояс стыдливости, взятый им с бою / У эфиоплянки пылкой и...

Меж нами сумрак жизни длинной…

Алексей Васильев

Меж нами сумрак жизни длинной, / Но этот сумрак не корю, / И мой закат холодно-дынный / С отрадой смотрит на зарю.

О том, как буду я с тоскою…

Всеволод Сечкарев

О том, как буду я с тоскою / Дни в Петербурге вспоминать, / Позвольте робкою рукою / В альбоме Вашем начертать. / (О Петербург! О Всадник Медный! / Кузмин! О, песни Кузмина! / Г***, аполлоновец победный!) / О Вера Константиновн?, / Час - пятый... Самовар в гостиной / Еще не выпит.....

С тех пор, как в пламени и дыме…

Виктор Сонькин

С тех пор, как в пламени и дыме / Встречаем вместе каждый бой, / Как будто судьбами своими / Мы поменялися с тобой. Ты в глубь России смотришь строго, / Как бодрый кормчий сквозь туман. / Меня далекая дорога / Ведет к познанью чуждых стран.