Бродячие актеры

Снова солнечное пламя
Льется знойным янтарем.
Нагруженные узлами
Снова мы подошвы трем.

Придорожная таверна
Уж далеко за спиной.
Небо медленно, но верно
Увеличивает зной.

Ах, бессилен каждый мускул,
В горле — словно острия.
Потемнела, как зулуска,
Берта, спутница моя.

Но теперь уже недолго
Жариться в огне небес:
Встречный ветер пахнет елкой,
Недалеко виден лес.

Вот пришли. — Скорее падай,
Узел мой, с усталых плеч.
Осененному прохладой
Сладко путнику прилечь.

Распаковывает Берта
Тюк с едою и вином.
Край лилового конверта
Я целую за стволом.


А вот еще:

Прищурясь, поп лежит в песке...

Борис Садовской

Прищурясь, поп лежит в песке, / Под шляпою торчит косица; / Иль, покрутившись на носке, / Бежит стыдливая девица. / / Стихом пресытившись, поэт / На берег ходит и дельфину / Вверяет мысли. Зной и свет... / Болят глаза, спалило спину... / / Но вот раскатистый рожок / Пансионер...

Мой друг поэт! ты ищешь “чудо”...

Виктор Жирмунский

Мой друг поэт! ты ищешь "чудо" / Чрез "пустоту", / Мое же чудо, знаю верно, / Там - наверху. / Идти к нему мне не "скачками" / Судьба велит / В короткой юбке и с очками / Английской мисс1 / Сжимать скалу гвоздем сапожным2 / И твердо лезть - / Вот мой удел. И где же место / Здес...

Душно-знойных пустынь молодой император...

Борис Эйхенбаум

Душно-знойных пустынь молодой император, / Мореход и поэт Гумилев. / Ты отважно спустился за темный экватор, / Где в затылок впился пуме лев. / / В озареньях твоих воскресают пампасы, / Шею гибкую клонит жираф. / Гимн богине луны вопиют папусы / И сжимается в кольца удав. / / П...

Союз Поэтов виноват глубоко...

Андрей Полянин

Союз Поэтов виноват глубоко, / Вернитесь к нам и окажите честь / Быть снова председателем Союза! / Кругом враги! Они вас не поймут! / У нас, у вас - одно служенье музам, / Один язык и величавый труд. / Сомкнем ряды! За нами - вся культура, / А что у них, у этих пришлых, есть? / Но Бл...

Законодатель рифмоплетов...

Маргарита Тумповская

Законодатель рифмоплетов, / Кумир дантисток-полудев, / Ты, хоть и жил средь готтентотов, / Не царь зверей, а гумми-лев. /

Письмо

И. Гурвич

Мне подали письмо в горящий бред траншеи. / Я не прочел его, - и это так понятно: / Уже десятый день, не разгибая шеи, / Я превращал людей в гноящиеся пятна. / / Потом, оставив дно оледенелой ямы, / Захвачен шествием необозримой тучи, / Я нес ослепший гнев, бессмысленно-упрямый, / Н...