Поход Александра в Индию

I

Не внявши прорицаньям магов,
Чрез камни и солончаки
Безумец Александр от дагов
Повел на Индию полки.

Достигнут Инд. И все рассказы
И сказки превзошла она —
Тягучих ядов и заразы,
Огня и золота страна.

И Пор бежал с нестройным скопом,
Но были греки смущены,
Когда вдруг ринулись галопом,
В шеренгу выстроясь, слоны.

Все было странно — средь болота
Рабами запряженный плуг;
И пестрых тигров позолота,
Краснеющая сквозь бамбук.

И девушки — их поступь строже
Медлительной походки жриц,
Но, как у змей, отливы кожи,
И, точно когти, сгиб ресниц.

Зачем, как в шумные Афины,
Ораторы и мудрецы,
Бегут в леса учить брамины —
Полубезумные жрецы?..

И через тинистые реки
И желтый, как парча, туман
С веселым шумом плыли греки
Вниз по теченью в океан.

Но часто — призрак прорицаний —
Им виден был на берегу
Брамин, нирвану созерцаний
Приявший в пламенном кругу.

Сгущался воздух испареньем,
Гудели древние леса,
И греки туже со смущеньем
Натягивали паруса.

II

Поход закончен. И от устья
С добычей флот повел Неарх,
Но страшен в ярости и грусти
На буйных оргиях монарх.

Отравленный страною чумной,
Ее дыханием сожжен,
Он ночью криком, как безумный,
Все гонит прочь какой-то сон.

И на пирах стрелой звенящей —
Нежданных молний острие —
В руке царя сверкает чаще
Окровавленное копье.

Он с колесницы грозным взглядом
Еще влечет через пески
Отравленные скрытым ядом
Свои тяжелые полки.

Но не Ворота Геркулеса —
Пределы покоренных стран,
Ворота темного Айдеса
Ему откроет Океан.

Уже измученный страстями
Бесславно пал Гефестион,
И просмоленными стенами
Вдали чернеет Вавилон.


А вот еще:

Осень

Анна Фламенко

Иду быстрей по Невскому вперед, / Куда, зачем не знаю и сама, / Но только прошлый не вернется год / И будет новой снежная зима. / / Я вспоминаю Мойку всю в снегу, / Его в дохе и шапке меховой / И с папиросой дымною у губ, / И то, как он здоровался со мной. / / Потом, прищу...

Нагарэль (Сонеты)

Рувен Евилевич

I / / Нет, - больше, сударь! Шестьдесят четыре. / Уже двадцать два - на Флоре капитан. / А раньше: Грек, Меркурий, Океан... / Да старость, ох, не радость в этом мире. / / Бессонье, зябь, и голова - чурбан, / а ноги - во! стопудовые гири. / И то сказать: по кругосветной шири ...

Бывало — с полузвука, с полуслова…

Анатолий Полетаев

Бывало - с полузвука, с полуслова / Рождалась музыка твоих стихов. / Ты вспоминал зачем-то Гумилёва, / Но был тебе не нужен Гумилёв. / / Над островами солнечной пустыни, / Над радостью неопытных страстей, / Твоя звезда - ничем не хуже Синей - / Тебе светила золотом лучей. / ...

С вечерней смены, сверстник мой…

Валерий Брюсов

С вечерней смены, сверстник мой, / В метель, дорогою всегдашней / Ты возвращаешься домой / И слышишь бой часов на башне. / / По скользоте тротуарных плит / Ты пробираешься вдоль зданья, / Где из дверей толпа валит / С очередного заседанья. / / И, твой пересекая путь, / ...

Если все-таки ты уцелел…

Сергей Штейн

Если все-таки ты уцелел, / Значит, в Киеве встретимся снова. / Разом скажем: "А ты еще цел?" / И ответим: "А что ж тут такого!" / / Будет осень шуршать под ногой, / Нашу встречу собой знаменуя. / Если встретимся на Прорезной, / То зайдем, как бывало, в пивную. / / И, прис...

Молитва

Иннокентий Анненский

Ты правишь сурово, сурово и прямо. / Твой вздох - это буря, твой голос - гроза. / Пусть запахом меда пропахнет та яма, / В которой зарыты косые глаза. / / Пусть мертвые пальцы на ангельской лире, / Как прежде, врезают свой пламенный след, / И пусть в твоем царственном сказочном ми...


Рейтинг@Mail.ru