Н. Г.

  • Дата:

I.

***

Товарищ верный отроческих лет,
Оплаканный, помянутый в молитвах,
Тебя здесь нет. Мой друг, тебя здесь нет.
Ты с войском ангельским в иных воюешь битвах.

Воспринятый людьми, как эпизод
В истории моей земли унылой,
Ты продолжаешь дерзостный полет
В загадочном пространстве сказки милой.

Непонятый своей родной страной,
Ненужный в пестром мире новой моды,
Стоишь ты, как бессменный часовой
На страже у таинственного входа

В страну, где нет ни слез, ни передряг,
Ни цензоров, ни боли, ни расстрелов,
Где только радость поднимает флаг
Любви на мачте каравеллы белой.

II.

***

Не знавший счастливой любви,
Не ведавший в жизни покоя,
Ты белые руки свои
Сложил под травой луговою.

Прошедший по жизни путем,
Назначенным только поэтам,
В конце - ты обрел ли свой дом,
Что миром наполнен и светом?

Замкнувший судьбу, как кольцо,
Ты стер все земные мерила,
И пулю узнал ты в лицо,
Ту, что твое сердце пробила.

                                                                                                    

III.

***

Печальный друг, из сизого тумана
Выходишь ты, и, щурясь, смотришь вдаль.
Тебе уже прошедшего не жаль -
Ведь впереди таинственные страны.

На шелковые брыжи капитанов
Ложится свет восторженной зари.
Ты видишь золотые корабли
И слышишь боевые барабаны.

Вдыхая воздух тропиков и моря,
Ты ищешь - где она, твоя звезда?
Ты смерти не боялся никогда,
И потому звезду найдешь  ты вскоре.


А вот еще:

Памяти Николая Гумилёва

Анна Путова

Господин офицер, вы еще не одеты? / Небо смотрит нахмуренно и свысока. / А вдали, в розоватых брабантских манжетах, / Облака, облака, облака, облака... / / Господин офицер, что же вы загрустили? / Умирают не только герои в стихах. / Видно, Бог и судьба всё же вам отпустили / Три выс...

Гумилятинка (детское, семнадцатилетнее)

Пламен Сивов

И шпаги искры высекал, / И кони мчались, как могли... / Но всё ж бойцы не доскакали, / И их тела в реке нашли. / / А та, кому предназначалась / Записка - "Я вернусь весной", / В слезах наутро обвенчалась / И стала графскою женой. / / Но вздрогнула она невольно, / Не зная отче...

Ехидна

Максим Стриха

Намедни - ты помнишь? - был остр и циничен мой ум, / А ноги - толсты, целлюлиты, и локти - вразлет. / Я знаю - так близко, так близко, в песках Каракум, / Простая ехидна живет. / / И свойственны ей истеричность, тоска, моветон, / Страшон и морщинист смешной ее кожный покров. / Пожалу...

Разговор Анны и Николая поздней осенью. Где-то между 1910-м и 1920-м годом

Томислав Шиовац

- Коля, Коля, Николай, / кого хочешь выбирай. / Только, милый, не меня. / Не прожить со мной ни дня. / / - Ох, не знаю! Маша, Лиза, / Оля, Леночка, Лариса... / Всех немножечко любя, / выбираю всё ж - тебя! / / - Гумми, Гумми, Николя, / Сиди дома, не гуляй. / В Африке есть Б...

Вроде робок, вроде низок ростом...

Румяна Веселинова Фалк

Вроде робок, вроде низок ростом, / Вроде и не мастер говорить, / Конвоиров в роще за погостом / Просит напоследок­ - прикурить. / Всю дорогу нервно балагурил,­ / Как-то весь светился изнутри. / И не знают, чем набедокури­л, / Офицерик этот. / ...

Гобелен

В. Черней

Гумилёв с Мандельштамом, как лев с антилопой, / прогуливаются по Летнему саду, по Серебряному веку. / На скамье Труффальдино шушукается с Пенелопой, / из-за Зимней канавки доносится кукареку. / / Скоро, скоро, видать, розовоперстая жахнет, / скоро Святой Гавриил с патрулем нагрянет. / ...