Содержание

Чужое

Маршак угощал меня чаем с печеньем,
Чуковский книгами и беседой,
Слуцкий супом, Мартынов камнями,
Тарковский грузинским вином и сыром,
Глазков армянским коньяком ***
и “Записками великого гуманиста”,
Домбровский пивом с прицепом, скорописью
школьных тетрадок в линейку и селем
экстатического клокотанья,
Шаламов содержимым своего сундучка,
где были валенки, рукавицы, кожух, носки, ушанка,
все, что нужно, когда придут оттуда
и дадут пять минут на сборы,
а под шмотьём машинопись в трех томах,
переплетенных вручную, плюс однотомник,
тоже машинопись, но в ледерине,
подарок из новосибирского Академгородка —
сколько их, старших друзей и наставников,
обогревавших меня, согревших
своим вниманием и поддержкой,
список можно бы длить и длить,
он долог, хотя, возможно, короче
великолепной росписи предков Кузмина
и тьмы театральных почитателей Гумилева,
но он и не мал, потому что Бог
одарил меня почтенным возрастом,
а по меркам века девятнадцатого долголетием,
хотя солидностью и степенностью
не обременил, по счастью, — так вот
я мог бы утроить свои богатства,
изукрасив подробностями и прочим,
но я не люблю ничего сугубого,
а они становятся вроде приема,
как современная архитектура
наружу цветными коммуникациями
вроде парижского музея Помпиду…
Что я хочу сказать? Не знаю.
Я только думаю: ну а сам я,
кого я сам угостил и чем…