Баллада об издателе

На Надеждинской жил один
Издатель стихов,
Назывался он господин
Блох.
Всем хорош бы... Лишь одним он был
Плох.
Фронтисписы слишком полюбил
Блох.
Фронтиспис его и погубил.
Ох!

Труден издателя путь, и тяжел, и суров, и тернист,
А тут еще марка, ех libris, шмуцтитул и титул и титульный лист.
Книгу за книгою Блох отправляет в печать —
Издал с десяток и начал смертельно скучать.
Добужинский, Чехонин не радуют взора его,
На Митрохина смотрит, а сердце, как камень, мертво.

И шепнул ему дьявол однажды, когда он ложился в постель:
“Яков Ноевич, есть еще Врубель, Бердслей, Рафаэль”.

Всю ночь Блох фронтисписы жег,
Всю ночь Блох ех libris'ы рвал,
Очень поздно лег,
С петухами встал.
Он записки пишет, звонит в телефон,
На обед приглашает поэтов он.
И когда собрались за поэтом поэт,
И когда принялись они за обед,
Поднял Блох руку одну,
Нож вонзил в бок Кузмину.
Дал Мандельштаму яду стакан,
Выпил тот и упал на диван.
Дорого продал жизнь Гумилёв,
Умер, не пикнув, Жорж Иванов.
И когда покончил со всеми Блох,
Из груди его вырвался радостный вздох.
Он сказал: “Я исполнил задачу свою,
Отделенье издательства будет в раю —
Там Врубель, Ватто, Рафаэль, Леонардо, Бердслей,
Никто не посмеет соперничать с фирмой моей”.

А вот еще:

Ах, пронзают сердца амуры…

Яна Набатова

Ах, пронзают сердца амуры, / И от грез избавленья нет! / Помните ль вы гравюры / Петровских Больших Побед? / / В грохоте бренной Славы / Проходят года, звеня, / И всадник вдруг величавый / Вздыбил на ходу коня. / / Упрямые губы сжаты, / Простерта вперед рука, / Пред ним про...

Простые строки

М. Смелова

Я тело в кресло уроню, / Я свет руками заслоню / И буду плакать долго, долго. / Н. Гумилёв / / О, да, я знаю, получив ответ, / Прочту, подумаю: "Вы правы". / И все ж мне будет даже Ваше "нет" / Дороже "родины и славы". / / Так ослепителен, так бел / Цветущий снег акаций... Им...

В госпитале

Алиса Гомер

В нашем тернистом пути / Устали сердце и ноги: / Можно ли счастье найти, / Обивая чужие пороги? / / Но если не порвана нить, / В чаше - вина остатки, - / Хочется жизнь продлить / Для последней, смертельной схватки. / / Умереть под победный рев / Смертью простой солдата, / К...

На смерть Блока и Гумилёва

Роман Тименчик

С каждым днем все диче и все глуше / Мертвенная цепенеет ночь. / Смрадный ветр, как свечи, жизни тушит. / Ни позвать, ни крикнуть, ни помочь. / / Темен жребий русского поэта. / Неисповедимый рок ведет / Пушкина под дуло пистолета, / Достоевского на эшафот. / / Может быть, такой...

Пронес свой стих, чеканен, строг и звонок…

Ольга Страшкова

Пронес свой стих, чеканен, строг и звонок, / Сквозь зной пустынь, сквозь пламя и цветы / Стрелок, охотник, "колдовской ребенок" / И рыцарь Белой кружевной мечты. / / Ты не поддался обаянью гула, / Ты отозвался на иной призыв, / Ты дым пустил в винтовочное дуло, / Спокойно папиросу п...

Из дневника

Т. Богданова

Я, в настроенье безотрадном, / Отдавшись воле моряков, / Отплыл на транспорте громадном / От дымных английских брегов. / / Тогда моя молчала лира. / Неслись мы вдаль к полярным льдам. / Три миноносца-конвоира / Три дня сопутствовали нам. / / До Мурманска двенадцать суток / Мы...