Нас тешит память — возвращая снова…

Нас тешит память — возвращая снова.
Далекий друг, далекие года.
И книжки со стихами Гумилева
Мной для тебя раскрытые тогда.

И (помнишь ли?) далекие прогулки.
Наивно деревенскую луну,
Ночной экспресс, сияющий и гулкий —
Ворвавшийся в ночную тишину.

Ты помнишь ли? — (банальные вопросы!)
Но сердце грустно отвечает: да!
Следя за синей струйкой папиросы,
Тебя я возвращаю без труда.

И в суете подчеркнуто вокзальной —
(Ты тоже помнишь небольшой вокзал.)
Сияют мне уже звездою дальней
Лукавые и синие глаза.

А вот еще:

«Как будто жираф…»

Дмитрий Кленовский

А ты посмотри как у зебры, нет, ты посмотри! / Не хвост и не кисточка - страхом налиты глаза! / Беги не беги - только вспороты будут бока / Через секунду полета по треснутой, впалой земле. / А белые полосы черным - так Африка! Это пройдет. / Как будто жираф.... / / А ты посмотри как у...

Внезапно голос…

Андрей Белый

Вид обесточенного монитора / невыносим для меня. / Я - торк! / И тут на лице его монотонном, / северозападном - юговосторг. / / По сети сияющей паутины... / Посещаю... / Шасть - и в машинный мозг, / мышью в зан...

Стихи о поэте и романтике

Сергей Маковский

Я пел об арбузах и о голубях, / О битвах, убийствах, о дальних путях, / Я пел о вине, как поэту пристало... / Романтика! Мне ли тебя не воспеть, / Откинутый плащ и сверканье кинжала, / Степные походы и трубная медь... / Романтика! Я подружился с тобой, / Когда с пожелтевших страниц Вал...

Умывался ночью на дворе…

Владимир Пяст

Умывался ночью на дворе - / Твердь сияла грубыми звездами. / Звездный луч - как соль на топоре, / Стынет бочка с полными краями. / / На замок закрыты ворота, / И земля по совести сурова, - / Чище правды свежего холста / Вряд ли где отыщется основа. / / Тает в бочке, словно соль...

Н. Г.

Анна Гумилёва

I. / / *** / / Товарищ верный отроческих лет, / Оплаканный, помянутый в молитвах, / Тебя здесь нет. Мой друг, тебя здесь нет. / Ты с войском ангельским в иных воюешь битвах. / / Воспринятый людьми, как эпизод / В истории моей земли унылой, / Ты продолжаешь дерзостный полет /...

Он любил три вещи на свете…

Иоганнес фон Гюнтер

Он любил три вещи на свете: / За вечерней пенье, белых павлинов / И стертые карты Америки. / Не любил, когда плачут дети, / Не любил чая с малиной / И женской истерики. / ...А я была его женой.