Друзьям

  • Дата:
Источник:
В. С. и Г. А.
Летя над сплетеньем дорог,
Забывшись в мотиве одном,
Ты пересекаешь порог
Меж зыбкою явью и сном.

А там, по сожженным лесам,
Ни юга, ни севера нет –
Внимаешь друзей голосам,
Летящим с далеких планет.

И память твоя все густей,
Сладка и прозрачна, как мед;
И кинематограф страстей
Кружит у таганских ворот.

И песнею давних времен
Рыдает волшебный смычок,
И маленький магнитофон
Крутится, как детский волчок.

И движется занавес слов,
И снятся огонь и полет,
Читает стихи Гумилёв,
И Визбора голос поет.

А вот еще:

Сегодня, я вижу, особенно… Вижу особенно чётко...

Георгий Иванов

Сегодня, я вижу, особенно... Вижу особенно чётко / заплаканный берег реки этот пористый, илистый, / как та пожилая собака становится глупым волчонком, / и тявкает звонко, и зубы молочные выросли. / Предательский ватман, дневник безобразен - подчистка, / и вместо тачпада твой палец муслякае...

И открылась в сердце дверца...

Вивиан Итин

И открылась в сердце дверца, / а в вокзале - форточка, / на причале не согреться - / замерзает лодочка. / Пусть буфетчица нацедит / из графина водочки / в лёд, который крепче цепи / держит эту лодочку. / Есть ли кто ещё здесь трезвый, / кто с дорожным посохом / по воде замёрзшей ...

Рембо читает Гумилёва

Марина Цветаева

Мне приснился убогий пейзажик, / Мутный блин из-за облачных штор, / Неглубокий помойный овражек / И заблеванный травкою двор. / / Догорал костерочек дебильный, / Обнажаясь золой напоказ. / И накрапывал дождик субтильный. / Стыл под ветром заплаканных глаз. / / Я стоял с глупой...

Не пойдём говорит...

Дмитрий Авалиани

не пойдём говорит / к ним в гости там нет ничего / что можно было бы съесть / выпить / или поцеловать

Вы мне написали правою...

Даниил Андреев

Вы мне написали правою, / за левую извиняясь, / которая была в гипсе - / бел-белое изваянье. / Вы выбрали пристань в Принстоне, / но, что замерло как снег / в откинутом жесте гипсовом, / мисс Серебряный век?.. / Кленовые листы падали, / отстегиваясь как клипсы. / Простите мне мою...

Ганс Вреден

Антон Балакин

Петербургские апокрифы / / I / / В числе иностранцев, привлеченных соблазнительными приглашениями Петра и преувеличенными слухами о быстрых наживах и возвышениях, Ганс Вреден прибыл осенью 17** года в Петербург. Он не имел определенных планов, надеясь на счастливую звезду свою, быстрый и х...