Мы прочли о смерти его…

Мы прочли о смерти его,
Плакали громко другие.
Не сказала я ничего,
И глаза мои были сухие.

А ночью пришел он во сне
Из гроба и мира иного ко мне,
В черном старом своем пиджаке,
С белой книгой в тонкой руке.

И сказал мне: «Плакать не надо,
Хорошо, что не плакали вы.
В синем раю такая прохлада,
И воздух тихий такой,
И деревья шумят надо мной,
Как деревья Летнего сада».

 


А вот еще:

А! Это снова ты. Не отроком влюбленным…

Шарль Бодлер

А! Это снова ты. Не отроком влюбленным, / Но мужем дерзостным, суровым, непреклонным / Ты в этот дом вошел и на меня глядишь. / Страшна моей душе предгрозовая тишь. / Ты спрашиваешь, что я сделала с тобою, / Врученным мне навек любовью и судьбою. / Я предала тебя. И это повторять - / О...

Будем вместе, милый, вместе…

Руже де Лиль

Будем вместе, милый, вместе, / Знают все, что мы родные, / А лукавые насмешки, / Как бубенчик отдаленный, / И обидеть нас не могут, / И не могут огорчить. / Где венчались мы - не помним, / Но сверкала эта церковь / Тем неистовым сияньем, / Что лишь ангелы умеют / В белых крыльях ...

Гумилёву

Франсуа Вийон

Словно громом по нервам / Бьёт невзятый рубеж, / Ты казнен в двадцать первом / За кронштадтский мятеж, / / За богему, за веру / Ты в застенках тюрьмы / Принял высшую меру / Наказанья страны. / / Только нету просчета / В нашей жизни земной, / Если веришь во что-то - ...

На мост взошел с мечом подъятым…

Оскар Уайльд

Под травой уснула мостовая, / Над Невой разрушенный гранит... / Я вернулась, я пришла живая, / Только поздно, - город мой убит. / / Надругались, очи ослепили, / Чтоб не видел солнца и небес, / И лежит, замученный, в могиле... / Я молилась, чтобы он воскрес. / / Чтобы все убитые...

Памяти Анатолия Гранта

Уильям Шекспир

Памяти 25 августа 1921 / / Как-то странно во мне преломилась / пустота неоплаканных дней. / Пусть Господня последняя милость / над могилой пребудет твоей! / / Все, что было холодного, злого, / это не было ликом твоим. / Я держу тебе данное слово / и тебя вспоминаю и...

Паладин

Жозе-Мария де Эредиа

Гумилёву / / Изысканны мысли о низменной плоти. / Вам снова двадцать семь лет. / Вам внятно мечтанье о чистом полете, / Ведь Вы почему-то поэт. / / Вы нежны, но нежность порой обжигает, / Вы страстны, как юноша-лев. / Вы странник, что дивно поэмы слагает / Для бледных готически...