Пассионарность и пассионарии в творчестве Н. С. Гумилёва

теги: биография, гибель, пассионарность

В данной статье мы рассматривали влияние пассионариев на творчество Н. С. Гумилёва, на его мировоззрение и взгляды.

Имя Николая Степановича Гумилёва знают сейчас не только любители и знатоки поэзии. О нем как о человеке и поэте можно писать целые монографии, освещая его творчество и жизнь в разных ракурсах.

Наша задача — представить его творчество в новом аспекте — через пассионарность и показать, какое значение занимает эта черта в характере поэта.

Немного о пассионарности. Этот термин был введен в обиход известным историком Л. Н. Гумилёвым «…для определения поведенческого человеческого качества, когда индивид во имя реализации своей мечты или идеи готов идти на риск, не уравновешенный инстинктом личного или видового самосохранения, и может пожертвовать собой ради поставленной цели, в том числе и иллюзорной».

Пассионарность — довольно новое понятие в литературе1. Немного о пассионарности Н. Гумилёва рассказал в своей книге «Николай Гумилёв. Поэт и воин» А. Доливо-Добровольский. Автор, исследуя жизнь и творчество поэта, указывает, что сам «Николай Гумилёв был в высшей степени пассионарен. О нем писали, что он любил все красивое, жуткое, опасное, любил контрасты нежного и грубого, изысканного и простого. Он влекся к страшной красоте, к пленительной опасности. Героизм казался ему вершиной духовности». Хотя автор монографии считает, что «героизм казался ему (поэту — Е.С.) вершиной духовности», но это только субъективное мнение А. Доливо-Добровольского. Сам поэт едва ли признавал, что вершиной духовности может быть только героизм. Ведь Гумилёв был утонченно-изыскан, аристократичен до мозга костей. Действительно, он был храбр до безрассудства, но все-таки считал, что вершиной духовности является красота, стихи.

Автор монографии обмолвился, что поэт «родился хилым и болезненным ребенком, а стал физически сильным, неутомимым, с железными мускулами». Да, Гумилёв усовершенствовал себя в физическом отношении. А поскольку он сделал себя выносливым и храбрым, то ему были интересны такие же люди. Его манили приключенческие романы. Мальчик жаждал романтики, приключений, его привлекали герои Буссенара, Жюль Верна, Майн Рида, Гюстава Эмара и Фенимора Купера. Он зачитывался приключениями «Детей капитана Гранта» и «Путешествиями капитана Гаттераса». Один из младших современников поэта — Виктор Шкловский однажды заметил: «Вы сейчас читаете другого Жюль Верна», имея в виду мировосприятие читателей другой эпохи.

Мир будущего поэта был волшебным и недоступным для понимания непосвященных. Он жил в нескольких измерениях, и парил на крыльях. Его увлечение приключенческими романами не прошло даром, т.к., в дальнейшем отразилось в творчестве. Но детство, как самая интересная, длинная и волшебная сказка, очень быстро заканчивается. Миг — и совсем другой мир раскрывается перед подростком: мир обыденный, жестокий, когда человек для реализации своей идеи или мечты готов пожертвовать собой во имя поставленной цели.

Юный поэт любил читать о личностях сильных и мужественных, что способствовало развитию его мировоззрения и формированию как личности. Благодаря прочитанным книгам, под влиянием судеб литературных героев Гумилёв публикует первый полудетский стихотворный сборник «Путь конквистадоров», где впервые появляется образ конквистадора, проходящий через все творчество будущего поэта. Но это не тот конквистадор, который покрыл себя людской кровью, беспринципный и алчный, искатель богатств и золота. Герой Гумилёва предстает скорее как странствующий рыцарь, как гордый и неуязвимый, бесстрашный покоритель неизведанных стран:

Я конквистадор в панцире железном,
Я весело преследую звезду,
Я прохожу по пропастям и безднам,
И отдыхаю в радостном саду.

Николай Степанович предугадал появление пассионарности, разработанной впоследствии как теория в работах известного историка — Л. Н. Гумилёва, поскольку в своем творчестве поэт прославлял тех, кто бесстрашно смотрел смерти в лицо. Это и «конквистадоры в панцире железном», и путешественники «умиравшие от жажды в пустыне», и «открыватели новых земель». У героев Гумилёва чувство риска, пассионарности во имя идеи постоянно преобладало над инстинктом самосохранения.

Но всего прекрасней жажда славы;
Для нее родятся короли,
В океане ходят корабли.

В дальнейшем творчестве поэт показал своих героев настоящими пассионариями2, и поэтому они отвергают спокойную, тихую жизнь. Для них важнее всего — жажда жизни:

Как в этом мире дышится легко!
Скажите мне, кто жизнью недоволен,
Скажите, кто вздыхает тяжело,
Я каждого утешить волен.

В последних классах гимназии ему близки герои Ницше, в особенности — Заратустра. Этот образ наталкивает начинающего поэта на мысль о создании «Песни Заратустры» и вошедшей в сборник « Путь конквистадоров». Благодаря этому образу сформировались некоторые жизненные позиции будущего автора, поскольку Заратустра, в какой-то степени, тоже являлся пассионарием, т.к. ему были подвластны природные стихии.

Именно под влиянием пассионариев формируется жизненное кредо самого Николая Гумилёва, который хотел активно строить свою жизнь. Для него на первом месте — подвиг, стремление к подвигу, а не размеренный уклад жизни:

Всегда ненужно и непрошено
В мой дом спокойствие входило.
Я клялся быть стрелою брошенной,
Рукой Немврода иль Ахилла.

Риск во имя идеи, даже необдуманной, пассионарность, у него постоянно превосходит инстинкт самосохранения:

И если нет полдневных слов звездам,
Тогда я сам мечту свою создам
И песней битв любовно зачарую.

Страсть к путешествиям победила даже любовь, стремление быть с любимой женщиной. Наиболее ярко пассинарность поэта проявилась во время путешествий, поскольку поэт имел возможность увидеть не только неизвестные страны, но и реализовать свои духовные силы и на благо любимой Родины совершить подвиг, что он и сделал. Поскольку путешествия, предпринятые им в Африку, уже можно считать подвигом.

И позже, в годы 1-й мировой войны, у Гумилёва пассионарность проявляется достаточно ярко. О бесстрашии поэта, о его смелости в полку ходили легенды. Он, как Дон Кихот, следовал поставленной цели, и с блеском преодолевал трудности, встававшие на его пути:

Я не раз в упованье великой борьбы,
Побеждаем был вражеской силой
И не раз под напором жестокой судьбы
Находился у края могилы.
Но отчаянья не было в сердце моем
И надежда мне силы давала,
И я бодро стремился на битву с врагом,
На борьбу против злого начала.

В стихах о войне он поднимает жизненные принципы, присущие ему самому и проповедуемые им самим:

Победа, слава, подвиг — бледные
Слова, затерянные ныне
Звучат в душе, как громы медные,
Как голос Господа в пустыне.

В военное время он, попавший вольноопределяющимся в кавалерийский полк, и прошедший путь до офицера, был для товарищей по оружию вдохновляющим примером. Поскольку он был одним из немногих военных и отличался особенным бесстрашием, то вскоре дважды был награжден георгиевскими крестами за личную храбрость: один — за опасную разведку в тылу врага, второй — за выведение из-под огня, брошенного пулемета. Мужество и оптимизм поэта, его высокая пассионарность подсказывают, что смерть минет его на войне стороной:

Я кричу и мой голос дикий —
Это медь ударяет в медь!
Я носитель мысли великой,
Не могу, не могу умереть.

Военная лирика поэта дала читателю представление о войне, увиденное глазами непосредственного участника. Он один из немногих военных, в душе, которого остались патриотические чувства, ощущение долга перед Родиной, и позитивное мироощущение. Гумилёв довольно сдержан в своем патриотизме, хотя чувство горячей любви к Родине и согражданам постоянно присутствует в творчестве. Его патриотизм и человечность проявились особенно ярко, когда он находился рядом с солдатами в окопах во время военных действий, поняв достаточно глубоко высокий дух русского воина.

И мечтаю я, чтобы сказали
О России, стране равнин:
— Вот страна прекраснейших женщин
И отважнейших мужчин.

Период войны для Гумилёва — это период становления новых этапов в его творчестве, т.е. он другими глазами начал смотреть на жизнь и окружающую его действительность. Стихи поэта о войне составили ядро сборника «Колчан» и явились прекраснейшим образцом военной лирики в русской литературе, поскольку автор удивительно реалистично описал военные действия и показал патриотический подъем лирического героя. Упомянутый сборник характеризует также о духовной зрелости поэта. Переживания героя показаны не только в стихах, но и в прозе, особенно в военных заметках «Записки кавалериста».

Как собака на цепи тяжелой,
Тявкает за лесом пулемет,
И жужжат шрапнели, точно пчелы,
Собирая ярко — красный мед.

Сборник «Колчан» можно назвать в какой-то степени лирическим дневником, поскольку отразилось видение поэтом собственной концепции личности в истории. У исследователей творчества Гумилёва после прочтения военных стихов из сборника «Колчан» сложилось как позитивное, так и негативное мнение. Мы хотели закончить описание этой темы оценкой известного литературоведа Ю. В. Зобнина: «…военный цикл Гумилёва — это целое созвездие прекрасных произведений искусства, дошедших до нас в своем первозданном, ничуть не потускневшем за семидесятилетнее полуподпольное существование блеске”. Гумилёв был убежден, что война, в которой принимает участие русский народ, является борьбой за правое дело:

Но воистину светло и свято
Дело величавое войны.
Серафимы, огненно-крылаты,
За плечами воинов видны.

«Стихов, посвященных войне, немного в книгах поэта, но ко всему в этом мире он подходит, как воин, которого на время отпустили из стана, чтобы он отдохнул и пображничал», — считал современник поэта Г. И. Чулков. (15)

Некоторые исследователи творчества Гумилёва считают, что войну он идеализировал и изобразил ее как в «Записках…», так и в «Колчане» чуть ли не празднично: «Настроение у всех самое идиллическое». Поскольку одной фразой нельзя охарактеризовать ни настроения человека, ни его взгляды, поэтому мнение данных исследователей весьма и весьма субъективно. (4) Но, помимо этого мнения, бытовало еще и другое. Цитируем дословно: «…как подлинному конквистадору, ему было безразлично, под каким знаменем бороться. Его увлекал самый процесс борьбы, романтика войны, — больше того: романтика проливающейся крови влекла к себе Гумилёва». (7) Т.е., опять исследователь хочет доказать читателю, что поэт захотел поиграть в войну и только, некоторым образом — развлечься, ощутить адреналин в крови. Но, к счастью, это неверное мнение. Гумилёв, как истинный пассионарий, не стремился к бездумным действиям, а совершал поступки в зависимости от обстоятельств, поскольку со временем пришел к выводу, что война — всеобщая человеческая бойня. И благодаря изменению взглядов поэта, под его пером родились такие прекрасные строки о войне.

Пассионарность как черту характера он сохранил до конца своих дней. Его арестовали летом 1921 года якобы за участие в контрреволюционном заговоре. В застенках ЧК он держался мужественно, и на вопрос конвоира, есть ли в камере поэт Гумилёв, ответил:

— Здесь нет поэта Гумилёва, здесь есть офицер Гумилёв.

Безусловно, он не искал себе смерти в застенках ЧК, но в какой — то степени предвидел свой конец.

И умру я не на постели,
При нотариусе и враче,
А в какой-нибудь дикой щели,
Потонувшей в диком плюще.

Гордые и смелые люди для любой власти всегда были опасны, а во времена революционных преобразований — особенно. Именно так и произошло с Гумилёвым. Слова одного из стихотворений можно отнести и к нему самому:

Но когда вокруг свищут пули,
И волны ломают борта,
Я учу их, как не бояться,
Не бояться, и делать что надо.

Гумилёв однажды сказал: «Поэт — всегда господин жизни, творящий из нее, как из драгоценного материала, свой образ и подобие. Если она оказывается страшной, мучительной и печальной, — значит, таковой он ее захотел».

Мы не будем доказывать аксиомы о том, что человек смертен, а настоящая поэзия бессмертна. Это и так известно. Хочется только отметить, что поэзия Николая Гумилёва — гениальна, и как поэт он занял достойное место в русской литературе.

Его имя является для потомков символом благородного и мужественного человека, воплотившего в себе пример позитивного мироощущения по отношению к людям, религии и природе.

Литература

1. Баскер М. Ранний Гумилёв: путь к акмеизму. — СПб.: РХГИ, 2000.

2. Гумилёв Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. — М.:2002.

3. Гумилёв Н. С. Собрание сочинений в 4–х тт. — М.: 1991. — Т.1,2.

4. Давидсон А. Мир Николая Гумилёва: поэта, путешественника, воина. — М.:2006.

5. Доливо-Добровольский А.В. Семья Гумилёвых. Кн.1. Николай Гумилёв: поэт и воин. — СПб.:2005.

6. Доливо-Добровольский А.В. Акмеизм и символизм в свете идей Л. Н. Гумилёва / Гумилёвские чтения, 1996. — СПб., 1996. — С. 90—108.

7. Ермилов В. В. О поэзии войны./ Николай Гумилёв: pro et kontra. — Антология. — СПб: 2000.

8. Зобнин Ю. Стихи Гумилёва, посвященные мировой войне 1914-1918 годов (военный цикл) / Николай Гумилёв. Исследования и материалы. Библиография. — СПб.: 1994.

9. Лукницкая В. Николай Гумилёв: Жизнь поэта по материалам домашнего архива семьи Лукницких. — Л.: 1990.

10. Николай Гумилёв в воспоминаниях современников. — М.: 1990.

11. Николай Гумилёв. Исследования. Материалы. Библиография. — М.: 1994.

12. Николай Гумилёв: pro et kontra. — СПб.: 2000.

13. Полушин В. Николай Гумилёв: Жизнь расстрелянного поэта. — М.: 2007.

14. Пьяных М. Трагический ХХ век в зеркале русской литературы: Сборник статей. — СПб.: 2003.

15. Чулков Г. И. Поэт–воин. / В сб.: Николай Гумилёв: pro et kontra. — СПб.: 2000.

16. Шубинский В. Николай Гумилёв. Жизнь поэта. – СПб.: Вита Нова, 2004. — 736 с.

Примечания:

[1] Пассионарность как энергия — избыток биохимической энергии живого вещества, обратный вектору инстинкта и определяющий способность к сверхнапряжению.

[2] Пассионарии — особи, поведенческий импульс которых может превышать величину импульса инстинкта самосохранения, как личного, так и видового.


Материалы по теме:

💬 О Гумилёве…