Пятистопные ямбы

  • Дата написания:
М. Л. Лозинскому

Я помню ночь, как черную наяду,
В морях под знаком Южного Креста.
Я плыл на юг; могучих волн громаду
Взрывали мощно лопасти винта,
И встречные суда, очей отраду,
Брала почти мгновенно темнота.

О, как я их жалел, как было странно
Мне думать, что они идут назад
И не остались в бухте необманной,
Что дон Жуан не встретил донны Анны,
Что гор алмазных не нашел Синдбад
И Вечный Жид несчастней во сто крат.

Но проходили месяцы, обратно
я плыл и увозил клыки слонов,
Картины абиссинских мастеров,
Меха пантер — мне нравились их пятна —
И то, что прежде было непонятно, —
Презренье к миру и усталость снов.

Я молод был, был жаден и уверен,
Но дух земли молчал, высокомерен,
И умерли слепящие мечты,
Как умирают птицы и цветы.
Теперь мой голос медлен и размерен,
Я знаю, жизнь не удалась... и ты,

Ты, для кого искал я на Леванте
Нетленный пурпур королевских мантий,
Я проиграл тебя, как Дамаянти
Когда-то проиграл безумный Наль.
Взлетели кости, звонкие, как сталь,
Упали кости — и была печаль.

Сказала ты, задумчивая, строго:
«Я верила, любила слишком много,
А ухожу, не веря, не любя,
И пред лицом Всевидящего Бога,
Быть может, самое себя губя,
Навек я отрекаюсь от тебя».

Твоих волос не смел поцеловать я,
Ни даже сжать холодных, тонких рук,
Я сам себе был гадок, как паук,
Меня пугал и мучил каждый звук,
И ты ушла, в простом и темном платье,
Похожая на древнее Распятье.

То лето было грозами полно,
Жарой и духотою небывалой,
Такой, что сразу делалось темно
И сердце биться вдруг переставало,
В полях колосья сыпали зерно,
И солнце даже в полдень было ало.

И в реве человеческой толпы,
В гуденье проезжающих орудий,
В немолчном зове боевой трубы
Я вдруг услышал песнь моей судьбы
И побежал, куда бежали люди,
Покорно повторяя: «Буди, буди».

Солдаты громко пели, и слова
Невнятны были, сердце их ловило:
«Скорей вперед! Могила так могила!
Нам ложем будет свежая трава,
А пологом — зеленая листва,
Союзником — архангельская сила».

Так сладко эта песнь лилась, маня,
Что я пошел, и приняли меня,
И дали мне винтовку и коня,
И поле, полное врагов могучих,
Гудящих грозно бомб и пуль певучих,
И небо в молнийных и рдяных тучах.

И счастием душа обожжена
С тех самых пор; веселием полна,
И ясностью, и мудростью, о Боге
Со звездами беседует она,
Глас Бога слышит в воинской тревоге
И Божьими зовет свои дороги.

Честнейшую честнейших херувим,
Славнейшую славнейших серафим,
Земных надежд небесное Свершенье
Она величит каждое мгновенье
И чувствует к простым словам своим
Вниманье, милость и благоволенье.

Есть на море пустынном монастырь
Из камня белого, золотоглавый,
Он озарен немеркнущею славой.
Туда б уйти, покинув мир лукавый,
Смотреть на ширь воды и неба ширь...
В тот золотой и белый монастырь!


Материалы к стихотворению:

Стихотворения


А вот еще у Гумилёва:

Об Адонисе с лунной красотой…

Об Адонисе с лунной красотой, / О Гиацинте тонком, о Нарциссе, / И о Данае, туче золотой, / Еще грустят Аттические выси. Грустят валы ямбических морей, / И журавлей кочующие стаи, / И пальма, о которой Одиссей / Рассказывал смущенной Навзикае. Печальный мир не очаруют вновь / Ни кудр...

Два сна

I Весь двор усыпан песком, / Цветами редкосными вышит, / За ним сиял высокий дом / Своей эмалевою крышей. А за стеной из тростника, / Работы тщательной и тонкой, / Шумела Желтая река, / И пели лодочники звонко. Лай-Це ступила на песок, / Обвороженная сияньем, / В лицо ей веял вете...

Леопарди. Набросок

О праздниках, о звоне струн, о нарде, / О неумолчной радости земли / Ты ничего не ведал, Леопарди! И дни твои к концу тебя влекли, / Как бы под траурными парусами / Плывущие к Аиду корабли. Ты женщину с холодными глазами, / Влюбленную лишь в самое себя, / И родину любил под небесами. ...

Вы задумчивы, маркиза…

"Вы задумчивы, маркиза? / Вы больны? / - Ах, мой друг, одни капризы / От луны. Я люблю вас с новой страстью / Вновь и вновь. / - Я давно не верю в счастье / И любовь. Но вокруг нас бродят пары, / Влюблены. / - Это чары, только чары / От луны. Я хочу иль их развеять / Иль пропа...

Руки помнят о тебе и губы…

Руки помнят о тебе и губы / Тоже помнят. / Позабыть ли томный шелест юбок / В мраке комнат?

О, если я весь мир постиг…

О, если я весь мир постиг, / О, если движу я горами, / И тайны все под небесами / Познал, измерил и постиг, Но если в то же время я / Любви не ведаю святыни - / Ничтожность я в моей гордыне / Я <...> бытия. И если всё отдам добро / Своё я на благое дело / И если я предам и те...